Серафим Чичагов: биография и жизнь священномученика, книги и труды, лечение

Митрополит Серафим Чичагов и его “Медицинские беседы”

Память: 25 января / 7 февраля (Собор новомучеников Российских), 28 ноября / 11 декабря

В этом году празднование Собора новомучеников и исповедников Российских выпало на 10 февраля. На сегодняшний день в составе Собора – более 1700 имен, из которых около 300 – погребены на Бутовском полигоне, крупнейшем в Московском регионе месте массовых расстрелов и захоронений жертв сталинских репрессий. Сегодня известны имена 20760 человек здесь убиенных, 1000 из которых погибли, исповедуя Православную веру .

Возглавляет этот скорбный список по сану и возрасту митрополит Серафим, в миру Леонид Михайлович Чичагов. Глубокой осенью 1937 года его арестовали. Ему было восемьдесят один год, и несколько последних дней он чувствовал себя совершенно больным, так что сотрудники НКВД затруднились увозить его в арестантской машине – вызвали скорую помощь и отвезли в Таганскую тюрьму. Они решили его убить. Допрос был формальностью. 28 ноября 28 (11 декабря) расстрелян, и захоронен на Бутовском полигоне.

Священномученик Серафим яркая звезда в сонме новомучеников и исповедников Российских. Дворянин, разносторонне талантлив, с блестящим образованием. Оставив военную карьеру, стал священником. Автор многих литературно-исторических трудов, автор “Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря”, послужившей канонизации преподобного Серафима Саровского. Композитор, иконописец, врач, исследователь, разработавший медицинскую систему, родившуюся “из всестороннего изучения медицины и существующих нынe методов лeчения”, которую он сформулировал в двухтомнике “Медицинские беседы”. В 1999 году его внучка, настоятельница Московского Новодевичьего монастыря игумения Серафима (Черная-Чичагова) ¹ переиздала фундаментальный медицинский труд своего деда “Медицинские беседы” в двух томах объемом более 1500 страниц.

В нем изложена история медицины от Гиппократа до конца XIX века и собственный многолетний уникальный научный и практический опыт лечения Л.М. Чичагова, применявшийся им в течение многих лет.

“…и вот современный мир в конце XIX-го столетия сделался способным преклоняться пред изобретением какой-то … эмульсии как пред могуществом человеческого ума над природою.” ( Л. М. Чичагов “Медицинские беседы” т.1, Москва, 1890 г.)

“Я принадлежу к разряду исследователей, руководящихся иными убеждениями и понятиями. Никто не в состоянии уверить меня, что Господь не предназначил растительную природу для пользования болеющего человечества. Тот, кто изучает природу, подтвердит мое убеждение, а не отвергнет его. Если бы человечество из поколения в поколение держалось этого принципа и изучало свойства существующих растений, то медицина была бы не только сведущая, но и могущественная наука. Тогда бы и люди верили в своего Создателя и преклонялись бы только пред могуществом Его. Чтобы изучить растительную природу, требуется громадный труд, и этой работы хватило бы человечеству на все его земное существование, так как изучение не мало зависит от способов исследования и умения познавать величайшие свойства растений. Какое же основание имеет медицина стремиться отыскивать иные средства, когда ей неизвестен еще растительный мир? Кто может сказать определенно, что нет в природе средств против чахотки? Кто в состоянии изобрести лимфу, подобную соку любого листа или стебелька дерева, все составные части которого не может открыть ни один знаменитейший химик! Никто, а потому последним моим словом к собеседникам да будет напоминание изречения из книги “Премудрости” (Иисуса сына Сирахова, гл. 38:4): “Господь создал из земли врачества, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими”.” ( Л. М. Чичагов “Медицинские беседы” т.1, Москва, 1890 г.)

Леонид Михайлович Чичагов дает такое определение своей системы лечения: “Создав особую систему лечения…, я желал бы доказать, что медицина как наука… должна более всякой другой науки опираться на религию и изыскивать средства в природе, созданной Самим Творцом на пользу человечества, – не забывая, однако, что врачу необходимо иметь в виду не только одну больную плоть, но стараться искать корень болезни и в духе или в душе человека. Только такой врач будет иметь возможность подать скорейшую и вернейшую помощь”.

Л.М. Чичагов призывает нас обратиться к целебным силам природы, использовать ее законы. Отличительной чертой медицинской системы Чичагова является индивидуализация лечения, применение закона подобия, точный подбор дозы растительных неядовитых средств, приготовленных по особому рецепту. Это чрезвычайно актуально в наши дни, так как современный человек испытывает психоэмоциональные перегрузки; отмечается хронизация заболеваний, аллергизация, нестойкий эффект и плохая переносимость медикаментозной терапии.

Метод эффективно применялся автором при различных заболеваниях. Точно подобранные растительные препараты в малых дозах гармонизируют систему регуляции организма, способствуя его выздоровлению. После переиздания медицинских бесед Л.М. Чичагова в конце XX века его имя становится известно в российских медицинских кругах. Современные врачи разделяют его идеи, делают доклады на гомеопатических конференциях, создают лечебные кабинеты его имени.

Предисловие к изданию 1999 года

Предлагаемый вниманию читателя двухтомник “Медицинские беседы” принадлежит перу Леонида Михайловича Чичагова, человеку исключительных способностей и энциклопедических знаний.

Жизненный путь Л.М. Чичагова (1856-1937 гг.) был необычным. Родился он в аристократической семье, принадлежавшей древнему дворянскому роду Чичаговых. Его предки своими ратными делами и на поприще государственной службы вписали немало славных страниц в историю России.

Рано потеряв отца, Л.М. Чичагов воспитывался в своей семье матерью Марией Николаевной Чичаговой, писательницей и музыкантшей. После окончания 1-ой Санкт-Петербургской классической гимназии Л.М. Чичагов поступил в Императорский Пажеский корпус, который окончил по первому разряду в 1874 году, и был зачислен на службу в гвардейскую артиллерийскую бригаду Преображенского полка. Высшими знаками воинской доблести и чести были отмечены ратные подвиги офицера русской армии, участника русско-турецкой войны 1877-1878 гг., видного специалиста по артиллерийской технике, Л.М. Чичагова.

Однако, главным делом его жизни была не блистательная военная карьера, а служение Русской Православной Церкви, которой он посвятил себя, взойдя к самым высоким должностям в церковной иерархии и отдав за Веру свою жизнь. От митрополита Серафима остались “Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря”, послужившая канонизации преподобного Серафима Саровского, а также другие фундаментальные философские, богословские, и военно-исторические труды, масса проповедей, прославлявших Православие и человечность. Он проявлял особую заботу в отношении возрождения христианской жизни в народе, умножал благотворительность. Русская Православная Церковь, по достоинству оценив подвиг митрополита Серафима Чичагова, причислила его к святым Новомученикам Российским.

Следует отметить, что Л.М. Чичагов отличался необычной разносторонней одаренностью. Он был прекрасным музыкантом (композитором и исполнителем), талантливым художником. Сохранившиеся в Москве иконы его работы поражают высоким профессиональным мастерством. Желание максимально помогать страж­дущим привело Леонида Михайловича к занятиям медициной, которую он досконально и глубоко изучил, прежде всего, народную. Сам помогал больным и составил лечебник с теоретическим обоснованием и практическими рекомендациями лечения болезней на основе применения лекарств растительного происхождения.

В этом смысле трудно переоценить значение “Медицинских бесед” Л.М. Чичагова, являющихся весьма своеобразным и интересным источником изучения истории популяризации медицинских знаний.

Подтверждением этого является опубликованная в журнале “Советское здравоохранение” (№ 8, 1984 г.) статья известного киевского профессора Ю. Н. Квитницкого-Рыжова, который, обстоятельно проанализировав значение двухтомного сочинения Л.М. Чичагова, выделил ряд его примечательных особенностей.

Во-первых, оно отличается от книг аналогичного предназначения, имевших строго утилитарную направленность, глубокими экскурсами в область теории и методологии медицины. К числу ключевых позиций автора относится пристальное внимание к вопросам истории медицины – как основе для решения практических задач сегодняшнего дня.

Во-вторых, труд Л.М. Чичагова имеет четкую профилактическую направленность, уделяет внимание рациональным началам многовекового опыта народной медицины и ориентируется на фитотерапию.

В-третьих, книга Л.М. Чичагова может рассматриваться как свод высказываний видных деятелей медицины XIX века, что свидетельствует о высокой эрудиции автора, глубоко изучившего основную медико-биологическую литературу своего времени.

В-четвертых, автор со своей стороны пытается выдвинуть новые теории и создать собственную систему лечения.

Наконец, пятая особенность капитального труда Л.М. Чичагова связана с тем, что его автором является человек, не имевший медицинского образования, кадровый военный, руководствовавшийся соображениями высокого гуманизма. Несмотря на отсутствие диплома, Л.М. Чичагов широко занимался медицинской практикой в Петербурге и Москве. Число своих пациентов он сам определяет внушительной цифрой 20 000.

В заключительной части своей статьи о “Медицинских беседах” Л.М. Чичагова профессор Ю.Н. Квитницкий-Рыжов писал:

“Разнообразие интересов этого исключительного и талантливого человека достойно удивления. Изучая его труд, мы вспомнили о позиции “терапевтического нигилизма”, занятой И. Дитлем в первой половине XIX века и заключавшейся в протесте против потока лекарств и ставке на целительные силы природы. Такие же, по сути, взгляды независимо от И. Дитля высказал и самобытный русский мыслитель Л.М. Чичагов”.

Игумения Смоленского Новодевичьего монастыря Серафима (Черная)

Все это дает основание отнести “Медицинские беседы” к числу интересных историко-медицинских памятников конца XIX века. Но и сегодня, как и 100 лет тому назад, изучение народной медицины и ее истории позволяет воссоздать не только картину развития медицины, но и имеет практическое значение для таких отраслей медицинской науки как лекарствоведение и фармакология.

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и во благо здоровья народа России благотворительный фонд дворянского рода Чичаговых при финансовой поддержке РАО “Норильский никель” осуществил переиздание “Медицинских бесед” Л.М. Чичагова, дошедших до наших дней лишь в сохранившихся по счастью единичных экземплярах. Это переиздание является данью светлой памяти святому священномученику митрополиту Серафиму (Чичагову), от души послужившему Господу и людям.

Серафима Черная-Чичагова, игумения

Примечание

Игумения Серафима Черная-Чичагова (12.08.1914-16.12.1999) – Вера Васильевна Черная-Чичагова, внучка митрополита Серафима, профессор, доктор технических наук, имела много научных трудов и правительственных наград. За участие в разработке элементов скафандра космонавта Варваре Васильевне была присуждена Государственная премия СССР, которую она перечислила в Пюхтицкий монастырь.

Варвара Васильевна неустанно писала прошения и ходатайства о реабилитации и восстановлении доброго имени деда – митрополита Серафима. Шесть лет ушло на то, чтобы получить ответ от Московской областной прокуратуры, занимавшейся делами по реабилитации. В 1989 г. она узнала, что дед был расстрелян в Бутово.

Несколько лет, исполняя данный себе самой обет, посвятила поиску и подготовке к переизданию богословских трудов деда. Двухтомник его проповедей и других произведений вышел в свет в 1993 г. под названием “Да будет воля Твоя”.

В возрасте 80 лет в 1994 году приняла постриг и стала первой настоятельницей возрожденного Новодевичьего монастыря г. Москвы.

В 1999 году её трудами был переиздан 2-томник “Медицинских бесед”, которые впервые были изданы в 1891 году.

О системе оздаровления организма человека по методу священномученика Серафима (Чичагова)

Книга Ксении Кравченко « Здоровье по Чичагову » вызвала бурные обсуждения на православных . С одной стороны она подвергается аргументированной критике медицинского сообщества, части священства и мирян. С другой стороны есть реальные люди, которые получили избавление от тяжелых болезней по данной методике и тем самым свидетельствуют в пользу способа лечения « по Чичагову » .

Предлагаем вашему вниманию вниманию интервью по данной теме с протоиереем Максимом Обуховым, руководителем православного центра « Жизнь » :

— Отец Максим, почему вообще Леонид Михайлович Чичагов увлекся медициной? Об этом периоде его жизни нет информации.

— Вы правы! Информации об этом периоде жизни священномученика Серафима мало. Достоверно только одно: «Медицинские беседы» написаны деятельным, одаренным 35-летним артиллерийским офицером, недавно вышедшим в отставку. Почему он заинтересовался медициной? Можно предположить стечение обстоятельств. Это был человек, который в своей жизни всегда искренне пытался помогать людям. Возможно, к изучению медицины подтолкнула недавняя военная служба. В любом случае в отставке появилось свободное время, а деятельная натура Чичагова не терпела пустоты. Для образованного человека того времени подобное увлечение не было чем-то исключительным. К тому же, объем медицинских знаний был несравнимо меньше, и самостоятельно образованный человек вполне мог освоить немало. И все же увлечение оказалось мимолетным. И… малоудачным.

— Почему вы делаете такой вывод?

— Конечно, можно обойтись общими словами и сказать, что даже для конца XIX века взгляды Леонида Михайловича были во многом однобоки и уже тогда ошибочны. Но лучше пояснить. Во-первых, его подготовку нельзя назвать системной. Да, он познакомился с историей медицины, проштудировал Гиппократа, вообще внимательно читал древнегреческие и китайские источники. Но все они для любого просвещенного человека, желающего расширить свой кругозор, в конце XIX века были вполне доступны. А вот новые знания распространялись куда медленнее. Они-то как раз были доступны только тем людям, которые жили исключительно медициной и посвятили жизнь исключительно профессии врача.

Именно в конце XIX века в медицине происходит коренной перелом, оказавший влияние на все ее последующее развитие. Во-первых, зарождалось принципиально новое направление — доказательная медицина. Во-вторых, в своем развитии сделала колоссальный рывок фармакология. Например, появились эффективные химически синтезированные средства для подавления температуры. Речь — о старых добрых аспирине (ацетилсалициловой кислоте) и парацетамоле. Появились асептика и антисептика. Следовательно, в лечении тех же гнойных процессов уже наметился прорыв. В конце концов, появились так называемые «постулаты Коха», которые до сих пор остаются основополагающими для микробиологии. И оказалось, — даже для многих профессиональных медиков это было неожиданностью, — что инфекционные заболевания вызваны… микроорганизмами. А вовсе не миазмами «духовной природы», как считал основатель гомеопатии Ганеман, труды которого также штудировал Леонид Михайлович.

Давайте внимательно посмотрим на медицину конца XIX века! Еще до появления «Медицинских бесед» Чичагова появились научно сформулированные сведения об иммунитете. Фагоцитарная теория иммунитета принадлежит нашему соотечественнику, Илье Ильичу Мечникову. Что-нибудь находим мы на эту тему у Чичагова? Нет! Современная ему научная мысль оказалась вне поля зрения Леонида Михайловича. Конечно, не стоит никого в этом винить. Хотя бы потому, что новые знания распространялись куда медленнее.

А Чичагов был абсолютно прав, назвав свой труд именно так — «Медицинские беседы». Не может эта книга считаться научной. Скорее, сборник личных переживаний, мыслей, рассуждений, цитат. Но никак не научных изысканий. И давайте не забывать главного: священномученик Серафим прославлен Церковью не за «Медицинские беседы», а за святость жизни и стойкость веры. Повторюсь: к увлечению медициной в молодости этот факт не относится.

Читайте также:  Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге: история и адрес храма, расписание богослужений, святыни и настоятели

— И все-таки факт: представители так называемой альтернативной медицины называют эту книгу медицинским наследием.

— Для представителей альтернативной медицины эта книга — удобнейшая ширма. Именно потому, что ее автор впоследствии был прославлен как священномученик.

Нам же, если мы не хотим подмены, важнее разобраться, почему вообще Леонид Михайлович интересовался гомеопатией и лечением травами. А для этого надо опять заглянуть в XIX век, в котором медицина находилась в поиске. Аллопатические представления на лечение, действительно, хромали на обе ноги. Во многом потому, что фармакология, в ее современном представлении, только формировалась. А пока некоторые врачи, современники Чичагова, еще лечили своих больных мышьяком, ртутью, сурьмой, не размышляя о токсичности этих веществ. На этом фоне гомеопатия выглядела куда «либеральнее»! Более того, увлечение гомеопатией и травами на этом фоне было вполне оправданно. Но дальнейшее развитие медицины, во-первых, опровергло грубый аллопатический подход, при котором врачи варварски подавляли симптомы, не обращая внимания на саму причину болезни. Во-вторых, неконкурентноспособными оказались сами гомеопатия и «народная медицина».

— Но вот парадокс: архиепископ Лука Войно-Ясенецкий, великий хирург, находил в пресловутой «народной медицине» удивительно рациональные зерна.

— Вы сами почти ответили на свой вопрос: архиепископ Лука был профессиональным врачом. И ко всему непонятному в медицине подходил с точки зрения доказательности. Да, будучи в ссылке, он встретился с некой знахаркой, которая в лечении применяла стерилизованную землю. Архиепископ Лука провел научно достоверные клинические испытания. Он описывал состояние больных до лечения, в процессе и после. Результаты обобщались и анализировались. В итоге даже сегодня можно говорить, что так называемые «гормоны земли» давали великолепные результаты в лечении гнойных процессов. В случае с Чичаговым нет ничего подобного! Никакого научного анализа и даже его попыток.

Но есть и другой аспект проблемы. Нельзя ставить Чичагова-медика в один ряд с другим врачом, — признанным всемирно, бесспорно! — Войно-Ясенецким. Тем более их нельзя сталкивать, ведь они для Церкви — святые. Просто в мирской жизни один был профессиональный военный, другой — профессиональный врач.

Пример с архиепископом Лукой показателен и тем, что русские врачи никогда не чурались «народной медицины». Во всяком случае изучали ее. Если было что изучать…

— Некоторые врачи, читавшие «Медицинские беседы» Чичагова, говорят: ему удалось уловить некоторые правильные тенденции медицины того времени. Например, крови тогда придавали большое значение. 20 лет спустя врач Залманов занялся профилактикой тромбозов, стимулируя капиллярный кровоток скипидарными ваннами. Из этого выросло целое направление — курортология.

— Уловить тенденции — это одно. Лечить людей — совсем другое. Третье — пытаться брать «на вооружение» некие рассуждения. Увы, многие знания о проблемах, которыми интересовался Леонид Михайлович, прошли мимо него. В «Медицинских беседах» нет многих соответствующих тому времени представлений ни о функциях крови, ни о ее составе. Ведь тот же гемоглобин уже был открыт, транспортная функция крови известна, а о них у Чичагова — ни слова.

— Тем не менее Чичагов лечил больных. Говорят, успешно. В чем здесь секрет?

— Давайте подчеркнем главное: никогда для Чичагова медицина не была делом всей жизни. Он никогда не был врачом. Он не имел медицинского образования. Нет никаких достоверных данных, сколько людей он вылечил. Да, принял 20 тысяч человек, но это не значит, что он их вылечил. Более того, выскажу крамольную мысль: учитывая ту «методику», которой Чичагов пользовался, можно было принять и 100 тысяч человек. Ведь Леонид Михайлович был уверен, что используемые им лекарства действуют мгновенно.

Скорее, в его лечении пациенты сталкивались с системой внушения. Никто ведь не будет отрицать, что Леонид Михайлович был очень сильной личностью! А вот его лекарства были чистой воды плацебо! Основной «препарат» у него — это сосна. Он искренне считал, что его лекарство всасывается прямо во рту. Если не помогало, то назначалось другое лекарство. Так можно принять очень много пациентов. Некоторым, особо внушаемым, наверное, даже помочь… Бесспорно, личностью он был яркой и помочь людям хотел искренне.

Дальше — область предположений. Те немногочисленные данные биографии митрополита Серафима, которыми мы сегодня располагаем, свидетельствуют: после рукоположения Чичагов глубоко погрузился в церковные дела. Овдовев, скоро стал архиереем. А в 1917-м году поменялась не только его жизнь — жизнь всей страны. Именно тогда и понадобилась стойкость таких подвижников, как митрополит Серафим. Церковь и прославила его — за святость жизни и мученическую кончину…

Беседовал Серафим Берестов

священномученик Серафим (Чичагов)

История Русской Православной Церкви

священномученик Серафим (Чичагов) (январь 1856–11 декабря 1937)

Биография

Святитель Серафим (в миру Чичагов Леонид Михайлович) происходил из известного аристократического рода, прославившегося в Русской истории выдающимися деятелями, в том числе военными, среди которых было два адмирала. Леонид появился на свет 9 января 1856 года, в городе Санкт-Петербурге.

Его отец, Михаил Никифорович, был полковником артиллерии, и по понятным соображениям желал сыну аналогичной карьеры. Между тем, когда Леониду было всего десять лет, отец умер, и все обязанности по содержанию и воспитанию сына (и трех его братьев) взяла на себя мать, Мария Николаевна.

Через какое-то время, движимая желанием устройства военной карьеры для своих сыновей, она определила Леонида и двух его братьев в Пажеский корпус – известное в то время в России военно-воспитательное заведение. За год до окончания обучения в Пажеском Корпусе Леонид получил звание камер-пажа, а окончив его в возрасте 18 лет, поступил в Артиллерийскую академию, после чего отправился на военную службу.

В 1877 году он оказался на Балканах, где участвовал в кровопролитных русско-турецких боях — на Шипкинском перевале, а также во взятии Телеша и Плевны. Мужество и героизм, проявленные Леонидом на войне, были отмечены боевыми наградами. Промысел Божий уберёг его от возможной смерти.

По возвращении с фронта в мирный Петербург он находился под столь сильным впечатлением от пережитого на войне, что написал по этому поводу несколько книг: о героизме русских солдат, о смысле жизни, о смерти. Кроме того, глубоко тронутый виденными им страданиями раненных бойцов, он приступил к изучению медицины, результатом чего явилось двухтомное сочинение «Медицинские беседы».

В 1878 году Л. М. Чичагов имел встречу со святым Праведным Иоанном Кронштадтским, великим светильником Русской земли. Тот разрешил ряд волновавших его жизненных вопросов и с тех пор стал ему духовным наставником.

8 апреля 1879 года, Леонид, будучи в возрасте 23 лет, связал себя брачными узами с Наталией Николаевной Дохтуровой, дочерью камергера. Как и положено православному, Леонид старался выстраивать отношения в семье на основах христианской морали и нравственности, эту же нравственность он стремился привить четырем своим дочерям.

В возрасте тридцати четырех лет, неожиданно для окружающих, он решил оставить воинскую службу и озвучил твёрдое желание посвятить свою дальнейшую жизнь служению Богу, став Православным священником. Эта новость ошеломила родных, не встретила сочувствия в семье. Даже горячо любимая супруга Леонида Михайловича воспротивилась воле мужа. Ей, светской даме, давно уже привыкшей к укладу аристократической жизни, весьма трудно было представить себя в роли какой-то попадьи. Тем более, что отношение аристократии к духовенству нередко выражалось даже и в пренебрежении.

Однако Леонид нашёл верное решение: он обратился за помощью к протоиерею Иоанну Кронштадтскому, который, собственно, и благословил его на подвиг священнического служения. Тогда праведный пастырь лично встретился с Наталией Николаевной и найдя подходящие к её сердцу слова убедил не противиться Промыслу Божию и принять выбор мужа. Наконец, она дала своё согласие.

15 апреля 1890 года Леонид Чичагов был отправлен в отставку, после чего вместе с семьёй перебрался в Москву. В доме на Остроженке, 37, где когда-то жил И. Тургенев, они прожили три года. В это время Леонид занимался серьёзным изучением богословских наук. В 1893 году, 26 февраля, он был рукоположен во диакона, а уже через два дня, 28 февраля, — в сан священника.

Первый год пастырского служения отца Леонида совпал с тяжелой болезнью супруги, в результате которой матушка Наталия умерла. Шёл 1895 год. Отец Леонид перевез её тело в Дивеево, и оно было предано земле на монастырском кладбище.

Через три года, после того как батюшка овдовел, он принял монашество. Тогда же он получил новое имя Серафим, в честь своего покровителя, великого святого земли Русской, Серафима Саровского. К этому времени его дочери повзрослели, старшей было уже 18 лет.

В 1898 году отец Серафим был определен для служения в Свято-Троицкую Лавру в Сергиевом Посаде. Надо сказать, что его отношения с братиями обители складывались не лучшим образом. Недавний аристократ, представитель высшего общества, да к тому же не имевший серьёзного монашеского опыта, вызывал у насельников, многие из которых имели простонародное происхождение, недоверие и казался им юродствующим барином.

Через год, стараниями близких друзей, удалось выхлопотать новое назначение. В результате отец Серафим перешёл в Суздальскую Спасо-Евфимиеву обитель. 14 августа 1899 года указом Святейшего Синода он был назначен её настоятелем, с последующим посвящением в сан архимандрита.

Здесь, помимо исполнения общих монастырских послушаний, по поручению начальства он занимался подготовкой документов, необходимых для канонизации Серафима Саровского, а в 1903 году ему предоставили право разработки церемониала грядущей канонизации с участием августейшей семьи. Надо сказать, что он справился с этой задачей безукоризненно: торжественная церемония прошла без сбоев и происшествий.

14 февраля 1904 года отец Серафим получил назначение на должность настоятеля Воскресенской Ново-Иерусалимской обители. А в апреле 1904 года он был рукоположен во епископа Сухумского.

Шли годы, надвигалось время страшных социальных потрясений, нравственных испытаний и катастроф: приближались революции 1917 года — Февральская и за нею — Октябрьская. В этот период святитель Серафим служил, волей Божьей, последовательно в четырех епархиях, а именно: в Сухуми, Орле, Кишиневе, Твери.

Осуществляя архипастырское служение и стремясь исполнять его с надлежащей ответственностью, отец Серафим открывал приюты, больницы, приходские советы. Одним из важнейших направлений его деятельности была борьба с заблуждениями, ересью, сектантством.

Вместе с тем, как отмечают историки, ему не удалось избежать некоторых острых ошибок. Так, будучи в Кишиневе, отец Серафим, увлекшись жаром политических волнений, проникся идеями сторонников «Союза русского народа» и влился в число его вдохновителей. Между тем это движение, вместо способствования укреплению Российской монархии, дискредитировало её.

Ни Февральская, ни Октябрьская революции не нашли сочувствия в сердце архиерея. Вскоре усилиями враждебно настроенных по отношению к нему представителей духовенства, при посредстве большевистских властей он был изгнан из Тверской губернии.

Стремясь отгородить святителя от вероятной расправы, Святейший Патриарх Тихон провёл на заседании Святейшего Синода решение о его назначении на кафедру Варшавскую и Привисленскую. Однако разгоревшаяся гражданская, а затем и советско-польская война отрезали путь в Польшу фронтами и сделали отъезд святителя к месту его назначения технически невозможным. Он остался в Москве. Здесь его навещали и ободряли родные и близкие.

В 1921 году святитель Серафим был подвергнут аресту и заточен в Таганскую тюрьму, которую покинул лишь в 1922 году. Затем ему опять предъявили обвинение в преступлениях против Советской Власти и приговорили к ссылке в Архангельскую область, где он провел около года.

По возвращении из ссылки архипастырь остановился в Москве. Через непродолжительное время, в апреле 1924 года, его вновь арестовали, обвинив в организации торжеств в честь прославления Серафима Саровского в 1903 году.

Стараниями Патриарха Тихона святитель Серафим был освобожден из-под стражи, но в Москве он оставаться не мог. После того как ему отказали в возможности поселиться в Серафимо-Дивеевском монастыре, он, раздосадованный, уехал в деревню Шуи, где его приняли с радушием в Воскресенский Феодоровский монастырь.

В 1927 году святитель Серафим, сердечно простившись с подвижницами, отправился на новое служение: митрополит Сергий, выступивший с нашумевшей тогда деклараций, частично поддержавшей государственную власть, была необходима помощь соратников. Весной 1928 года, страдалец, уже как митрополит Ленинградский и Гдовский, вернулся в родной ему город.

Достойно признания, что поддерживая митрополита Сергия, он не поддерживал его слепо и всецело, равно как не поддерживал и государственную политику, направленную против Бога и Его Церкви.

Нужно отметить, что святитель Серафим раздражал светские власти не только своим ревностным отношением к Православному богослужению, но и к широкой проповеди, что тогда признавалось за антисоветскую пропаганду. 1932 год ознаменовался массовым арестом священнослужителей, в том числе монашествующих. На фоне общего негативного отношения власти к священству возрастала угроза и в отношении владыки Серафима. К этому времени здоровье его пошатнулось. Все перечисленные факторы вкупе послужили причиной увольнения святителя на покой. Это случилось в октябре 1933 года.

Наступил кровавый 1937-й год. В сентябре владыку арестовали в очередной и последний раз. Не пощадили даже его старость — ему было 82 года. Ввиду того, что арестованный не мог самостоятельно ходить, его вынесли на носилках, а затем, на машине скорой помощи, перевезли в Таганскую тюрьму. 11 декабря, по приговору тройки НКВД, его расстреляли на печально прославившемся Бутовском полигоне.

Утверждают, что день смерти святителя Серафима был предсказан ему святым праведным Иоанном Кронштадтским, в словах: «Помни день трех святителей». Каждый раз в этот день святой Серафим готовился к смерти. Сообщается, что владыка встретил её не только как истинный воин Христов, мученик за веру, но и как подлинный офицер: не преклонив перед палачами главы, не замарав чести христианской и архипастырского достоинства.

Тропарь священномученику Серафиму, глас 5

Воинство Царя Небеснаго / паче земнаго возлюбив, / служитель пламенный Святыя Троицы явился еси, / наставления Кронштадтскаго пастыря в сердце своем слагая, / данная ти от Бога многообразная дарования / к пользе народа Божия приумножил еси, / учитель благочестия / и поборник единства церковнаго быв, / пострадати даже до крове сподобился еси, / священномучениче Серафиме, / моли Христа Бога // спастися душам нашим.

Читайте также:  Церковь Архангела Михаила в Смоленске: история и адрес храма, описание и архитектура, расписание богослужений

Кондак священномученику Серафиму, глас 6

Саровскому чудотворцу тезоименит быв, / теплую любовь к нему имел еси, / писаньми твоими подвиги и чудеса того миру возвестив, / верныя к его прославлению подвигл еси / и благодарственнаго посещения / самаго преподобнаго сподобился еси. / С нимже ныне, священномучениче Серафиме, / в Небесных чертозех водворяяся, / моли Христа Бога // серафимския радости нам причастником быти.

6 фактов о митрополите Серафиме (Чичагове)

Из каких еще удивительных фактов состояла жизнь новомученика митрополита Серафима?

1. Мало кто знает… точнее, никто не знает о медицинском образовании митрополита
Серафима.

Первый том труда Л. М. Чичагова. 1891

А все потому, что медицинского образования владыка не имел. В это нелегко поверить, когда берешь в руки два увесистых тома его «Медицинских бесед» – обстоятельнейшей книги с изложением оригинальной системы лечения болезней человека (не имеющей, к слову, ничего общего с содержимым книжонки в мягкой обложке). Удивительно, как человек, освоивший медицину самоучкой, смог прочесть и проработать горы специальной литературы – от античных трактатов и рукописных народных лечебников до новейших монографий зарубежных профессоров! И, тем не менее, во время учебы в семинарии будущий владыка не получал никакого второго образования. И не мог получить. Потому что этот выдающийся церковный деятель и энциклопедически образованный богослов… никогда не учился в семинарии.

2. Потомственный военный и подлинный аристократ, Леонид Михайлович Чичагов закончил элитное учебное заведение – Императорский Пажеский корпус.

Леонид Чичагов – офицер. Фото до 1890 г.

И в молодости сделал блестящую военную карьеру, достойную своих именитых предков – адмиралов и министров. Впрочем, сам Леонид Михайлович воспринимал это поприще как стезю испытаний и скорбей. Впоследствии он говорил, что именно скорби убедили его в необходимости «проложить себе жизненный путь собственным трудом и многолетним учением». Сила этого убеждения и незаурядные дарования молодого офицера определили необычную разносторонность его интересов. К 35 годам он полковник артиллерии, кавалер 12 российских и иностранных орденов, автор нескольких военно-исторических произведений (книга «Дневник пребывания Царя-Освободителя в Дунайской армии в 1877 г.» выдерживает три издания)… и – что было уж совсем необычным в конце просвещенного XIX века – состоявшийся врач-самоучка с обширной медицинской практикой. И вот, неожиданно для своих близких он выходит в отставку и начинает самостоятельное изучение богословских наук для подготовки к принятию священства.

3. Несомненно, большинство из нас наслышано о выдающемся вкладе святителя в дело церковного прославления его любимого святого – преподобного Серафима Саровского.

Митрополит Серафим в своем кабинете в Воскресенском Новодевичьем монастыре. Ленинград, начало 1930-х гг.

Многие читали самое значительное литературное произведение Серафима (Чичагова) – «Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря». Но не многие помнят, что многолетняя работа над «Летописью» и труды по организации торжеств прославления преподобного осуществлялись в «свободное время» от основных церковных послушаний иерея Леонида – впоследствии архимандрита Серафима. Мало кто знает, сколько сил положил будущий святитель на восстановление обветшавших храмов и обителей, на наведение образцового порядка во всех местах своего служения. На стенах Храма Святителя Николая в Старом Ваганькове (одного из московских храмов, отреставрированных на личные средства настоятеля иерея Леонида Чичагова) до наших дней сохранились изображения евангелистов, написанные лично отцом Леонидом. Да, будущий святитель был еще и прекрасным иконописцем; в московском храме Илии Обыденного можно увидеть два замечательных образа его письма.

4. Возможно, кто-то вспомнит, что епископ (а затем – архиепископ) Серафим Чичагов был одним из самых ревностных энтузиастов возрождения жизни приходов Российской Церкви.

Митрополит Серафим с духовенством и прихожанами Троицкого прихода. Конец 1920-ых годов

«Бью набат, стремясь к скорейшему возрождению приходской жизни… Трудно поднимать духовенство, но мир поможет, если епископы будут жертвовать собой» – писал владыка Серафим. Заслуживает самого пристального внимания его «Обращение к духовенству Тверской епархии по вопросу о возрождении приходской жизни» – обстоятельный программный документ, актуальность которого лишь возросла в наши дни. Немногие слышали о том, как своеобразно «отблагодарила» святителя за труды его паства. Весной 1917 года по России прошла волна епархиальных съездов духовенства и мирян; в Твери такой съезд предпринял попытку радикального переустройства епархиального управления… и отстранил от власти преосвященного Серафима, не скрывавшего своего отрицательного отношения к произошедшим в стране переменам и пользовавшегося прочной репутацией монархиста и «черносотенца». Кстати, вполне заслуженной репутацией – в предреволюционные годы владыка искренне участвовал в деятельности национально-патриотических организаций. Вот как сам он формулировал смысл этой деятельности, обращаясь к членам «Союза русского народа»: «…Сзывайте же народ на мирную борьбу с распространившемся злом в Отечестве, на защиту веры православной, для объединения под сенью храмов, и тогда он на своих могучих плечах высоко поднимет Помазанника Божия, Русского Царя, и снова воссияет сила русская, создавшая великое государство не многочисленным войском, не золотом, а единственно крепкой верой в Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа».

5. Думается, у многих на слуху последний «титул» владыки Серафима – митрополит Ленинградский.

Митрополит Серафим (Чичагов). Фото 1925 г.

А многие ли хоть раз задумались о вопиющем внутреннем противоречии этого словосочетания – соединения имени святителя Серафима с названием города Ленина? Мало кто знает, что 72-летний митрополит, живший на покое после череды арестов и ссылок, был вновь призван к архиерейскому служению в условиях серьезного кризиса центральной церковной власти, когда большинство ленинградских приходов вышло из подчинения Заместителю патриаршего Местоблюстителя митрополиту Сергию. Принимая назначение на ленинградскую кафедру, святитель мог бы, наверное, повторить слова, сказанные им почти четверть века назад при епископской хиротонии: «Когда… во мне открылось сознание, что Сам Господь требует от меня такой перемены в пути ради Его Божественных целей, что это необходимо для всей моей будущей жизни, для предназначенных мне еще испытаний и скорбей, для моего сораспятия Христу, – то несмотря ни на какие препятствия, поставленные мне миром, я исполнил святое послушание». Годы служения святителя на Ленинградской кафедре совпали с началом разгрома Православной Церкви в Советском Союзе. При преосвященном Серафиме прошла первая волна массового закрытия приходских храмов Ленинграда и была фактически ликвидирована монашеская жизнь в городе.

6. Многие слышали о мученической кончине святителя на полигоне НКВД в Бутово.

Последняя фотография митрополита Серафима. Таганская тюрьма, 1937

Но можно ли объяснить смысл ареста тяжело больного и почти обездвиженного старика, для доставки которого в Таганскую тюрьму потребовались носилки и машина «скорой помощи»? Не признавший своей вины, не назвавший на допросах ни одного имени, митрополит был расстрелян 11 декабря 1937 года. Ближайшие родственники так и не узнали дату его смерти и место захоронения. Но, говорят, что они верили в связь мученической кончины владыки с одним чудесным событием, произошедшим в 1902 году. Святитель сам описал это событие в частном письме: «…я сидел в своей комнате в одном из дивеевских корпусов и радовался, что закончил, наконец, труднейший период собирания и написания материала о преподобном Серафиме, и увидел его как живого. У меня ни на минуту не мелькнуло мысли, что это видение – так все было просто и реально. Но каково же было мое удивление, когда батюшка Серафим поклонился мне в пояс и сказал: «Спасибо тебе за летопись. Проси у меня все, что хочешь за нее». С этими словами он подошел ко мне вплотную и положил свою руку мне на плечо. Я прижался к нему и говорю: «Батюшка, дорогой, мне так радостно сейчас, что я ничего другого не хочу, как только всегда быть около Вас». Батюшка Серафим улыбнулся в знак согласия и стал невидим».

Митрополит Серафим Чичагов священномученик

Митрополит Серафим (Чичагов), чье имя неразрывно связано со Спасо-Преображенским собором, успел за свою жизнь прожить несколько жизней: он был и блестящим русским офицером, и пропагандистом народной медицины, и военным и церковным историком. Но главным его делом стала защита Русской Церкви в безбожные годы, накрывшие родную страну.

Митрополит Серафим – мученик из рода флотоводцев

Митрополит Серафим (в миру Леонид Михайлович Чичагов) родился 9 (21) января 1856 года в Петербурге. Он был отпрыском знаменитого дворянского рода, происходившего из Костромской губернии. Среди его предков — адмиралы В. Я. Чичагов и П. В. Чичагов. Окончив Михайловскую артиллерийскую академию, Леонид Чичагов участвовал в русско-турецкой войне 1877—1878 годов. О его воинских умениях много говорит тот факт, что молодой офицер стал кавалером не только русских, но и французских, болгарских, румынских, черногорских орденов.

Чичагов написал и издал несколько трудов на военную тему, среди которых — «Французская артиллерия в 1882 году», «Доблести русских воинов», — подготовил к публикации мемуары своего знаменитого предка — адмирала П. В. Чичагова.

Участвуя в боях, Чичагов насмотрелся на страдания раненых и решил овладеть врачебными знаниями — при этом никаких медицинских учебных заведений он не оканчивал. Итогом его многолетних опытов стала система лечения на основе средств растительного происхождения, описанная врачом-самоучкой в двухтомном труде «Медицинские беседы».

Духовный сын о. Иоанна

Чичагов всегда был глубоко верующим человеком:

«Мы были воспитаны в вере и православии, но если и выходили из корпуса недостаточно проникнутыми церковностью, однако хорошо понимали, что православие есть сила, крепость и драгоценность нашей возлюбленной родины»

Будучи гвардейским офицером, он часто посещал петербургский Спасо-Преображенский собор; в этом же храме в 1879 году Чичагов обвенчался с Наталией Дохтуровой. Самостоятельные занятия богословием превратили его в редкого эрудита в этой области знаний. Весь ход жизни логически подводил его все ближе и ближе к Церкви. Но и то сказать — наставник у Леонида был удивительный. Еще в 1878 году офицер познакомился с отцом Иоанном Кронштадтским и с тех пор ничего не предпринимал без его благословения. По совету своего духовника в 1890 году Чичагов вышел в отставку в звании полковника, а уже в 1893 году его рукоположили во священники, после чего он переехал в Москву. В это время отцу Леониду приходилось нелегко — сильно болела его жена; в 1895 году она скончалась.

После этого отец Леонид решил окончательно посвятить себя Богу — в 1898 году он принял монашеский постриг с именем Серафим и чуть позже стал настоятелем суздальского Спасо-Евфимиева монастыря. Он издавна глубоко чтил память преподобного Серафима Саровского. Монах Серафим (Чичагов) сыграл огромную роль в канонизации святого. Он побывал в Дивеевском монастыре и написал его летопись. Монахиня Пелагея, знавшая старца лично, напутствовала его:

«Вот хорошо, что ты пришел. Преподобный Серафим велел тебе передать, чтобы ты доложил государю, что наступило время открытия его мощей, прославления».

Наш герой (к тому времени уже архимандрит) добился аудиенции у императора Николая II, подарил тому летопись. Царь велел ему провести подготовительную работу по канонизации Серафима Саровского, которая состоялась в 1903 году.

Подвижник и Государственный деятель

Священномученик, поставленный в 1905 году во епископы Сухумские, вплоть до начала Первой мировой войны занимал различные кафедры — в Сухуме, Орле, Кишиневе. Везде он славился благотворительностью, всюду занимался просвещением и распространением духовной литературы. В 1912 году его возвели в сан архиепископа.

В годы Первой мировой войны архиепископ Тверской и Кашинский Серафим участвовал в помощи беженцам, организации госпиталей и оснащении санитарных поездов. После Февральской революции 1917 года Тверской епархиальный съезд принял совершенно неканоничное постановление, предлагавшее владыке покинуть кафедру — свою роль тут сыграли всем известные монархические убеждения архиерея. Это, впрочем, не помешало ему участвовать в Поместном соборе 1917—1918 годов. А после октября дело решилось «само собой» — большевики, без всяких постановлений, выслали архиепископа Серафима из Тверской губернии из-за его «реакционных» взглядов.

Сражения за Церковь

В 1918 году сщмч. Серафим был возведен в сан митрополита и назначен на Варшавскую кафедру. Однако в столицу Польши, отделившейся от России, он так и не попал. С 1920 года владыка Серафим служил в Москве, а год спустя большевики арестовали его по подозрению в том, что после приезда в Польшу он якобы собирался «координировать фронт. помещиков и капиталистов под флагом дружины друзей Иисуса». После освобождения последовали высылка в Архангельскую область, новые аресты, пребывание в Воскресенско-Феодоровском монастыре близ Шуи. В общем, история, слишком нам теперь знакомая.

Власть митрополита Сергия (Страгородского) митрополит Серафим признал сразу и бесповоротно. С 1928 года он — митрополит Ленинградский. Первое богослужение в Ленинграде митрополит совершил 18 марта именно в Спасо-Преображенском соборе, столь знакомом ему с юных лет. Во время пребывания в Ленинграде владыка боролся с возникшими внутри Церкви сильными течениями — иосифлянами (противниками примирения с советской властью) и обновленцами (сторонниками радикальных реформ Церкви), стремясь сохранить единство русского православия.

К прискорбию властей, его богослужения отличались благоговейностью и торжественностью, а его проповеди пользовались большой популярностью у горожан. В 1930 году при Троице-Измайловском соборе даже появилось «Общество митрополита Серафима». Спустя год владыка добился перезахоронения на кладбище Александро-Невской Лавры двух своих предшественников на митрополичьей кафедре Петербурга-Петрограда-Ленинграда — Исидора и Палладия.

Последнее богослужение в северной столице — 24 октября 1933 года — митрополит Серафим совершил все в том же Спасо-Преображенском соборе.

Мученическая гибель Митрополита Серафима

С октября 1933 года владыка Серафим — на покое. 77-летний архипастырь покинул Ленинград; сначала он жил в Москве, а затем под Москвой — в двух комнатах загородной дачи недалеко от станции Удельная Казанской железной дороги. К нему приезжали церковные иерархи, среди них — и митрополит Алексий (Симанский), будущий Патриарх Алексий I.

Читайте также:  Церковь Митрофана Воронежского в Воронеже: история и адрес храма, расписание богослужений, святыни и настоятели

Владыка работал над вторым томом «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря», но закончить его не успел. 30 ноября 1937 года его арестовали и доставили в тюрьму на Таганку. Спустя неделю священно-мученика приговорили к расстрелу за «контрреволюционную монархическую агитацию». 11 декабря 1937 года приговор был приведен в исполнение на печально известном Бутовском полигоне под Москвой.

Незадолго до смерти владыка Серафим произнес:

«Церковь переживает сейчас время испытаний. Кто останется сейчас верен святой апостольской Церкви — тот спасен будет. Многие сейчас из-за преследований отходят от Церкви, другие даже предают ее. Но из истории хорошо известно, что и раньше были гонения, но все они окончились торжеством христианства. Так будет и с этим гонением».

Канонизации митрополита Серафима

В ноябре 1988 года митрополита Серафима полностью реабилитировали. Его внучка В. В. Черная (с 1994 года — монахиня Серафима) собирала материалы для канонизации деда. Ее усилия не пропали даром. В 1997 году Архиерейский собор Русской Православной Церкви причислил владыку к лику святых.

Возродился интерес и к творческому наследию митрополита Серафима. В 1993 году был издан двухтомник «Да будет воля Твоя», куда вошли многие труды архипастыря. Впоследствии его переиздали с добавлением новых материалов. В 2011 году священномученик получил признание и со стороны медицинского сообщества — на съезде православных врачей его имя внесли в Золотую книгу Петербурга.

Церковь Свт. Николая Чудотворца

на станции Предпортовая

Священномученик митрополит Серафим (Чичагов)

11 декабря — день памяти священномученика Серафима (Чичагова). Человека удивительной жизни, потомка известного дворянского рода, блестящего военного, послужившего Отечеству всеми силами, самобытного мыслителя-богослова, писателя, художника, композитора, врача, создавшего собственную систему лечения, а затем и талантливого иерарха, послужившего Церкви и людям всеми вверенными ему Господом талантами. И завершившего свой земной путь на 82 году жизни в Бутово — приняв мученическую кончину за исповедание веры.

«Сила не в силе, а сила в любви»

В феврале 1893 года в Успенском соборе Московского Кремля был рукоположен в сан священника 37-летний полковник лейб-гвардии Преображенского полка Леонид Чичагов, будущий священномученик Серафим. Спустя 12 лет там же, при хиротонии во епископа, владыка Серафим сказал: «Мог ли я себе представить, что мой первоначальный светский путь, продолжавшийся так долго и с таким успехом не тот, который мне предназначен Богом?!».

Леонид Михайлович Чичагов родился 9 января 1856 года в Петербурге в аристократической семье, принадлежавшей к древнему дворянскому роду. Получил прекрасное военное и общее образование в Пажеском Его Императорского Величества корпусе, по окончании которого в 1875 году произведен в подпоручики и направлен на Первую Его Величества батарею Гвардейской Конно-Артиллерийской бригады.

Подпоручик Леонид Михайлович Чичагов

Особая страница его жизни как военного – участие в Русско-турецкой войне 1877 – 1878 гг., где Леонид Чичагов проявляет себя как активный участник. Впоследствии им написаны книги: «Дневник пребывания Царя-Освободителя в Дунайской армии 1877 г.», отмеченная благодарственными письмами царской семьи, и «Примеры из прошлой войны 1877 – 1878 гг.», рассказывающая о подвигах русских солдат и офицеров. Тема духовного смысла жизни и смерти, во всей остроте поставленная войной, тема нравственного смысла страданий и самоотвержения, раскрывшаяся в подвигах русских воинов, стали важнейшими и побудительными для глубоких послевоенных религиозных размышлений будущего святителя.

Герб рода Чичаговых. Известно, что эскиз герба рода Чичаговых был нарисован лично императрицей Екатериной II, который и пожаловала адмиралу В.Я. Чичагову в 1792 г.

Стремление к подвигу во имя Веры, Царя и Отечества пронизывало всю жизнь священномученика Серафима. За боевые и гражданские заслуги Л.М. Чичагов был удостоен 14-ти российских и иностранных орденов и отличий.

Уже позже в своих проповедях в храме, владыка будет призывать паству к истинно христианской жизни, к внутреннему подвижничеству: «Русская школа должна вселять в юношей могучий русский дух… любовь к великой и святой Руси, стремление к сохранению русского сокровища – Православия, страстную любовь к истории своего народа и непоколебимый патриотизм»

«Должна быть освящена и укреплена у нас семейная жизнь, или неизбежна гибель в будущем не только государства, Церкви, но и народа!»

«Пока совершается Божественная, спасительная Литургия, пока люди приступают к Божественному Причащению, дотоле можно быть уверенным, что устоит и победит Православная Церковь. Поэтому паче всего думайте о хранении, совершении и непрерывном служении… литургии. Будет она, будет и Церковь, и Россия».

Весь дальнейший жизненный путь Л.М. Чичагова предопределялся покровительством двух великих русских святых: преподобного Серафима Саровского и святого праведного Иоанна Кронштадтского. В 22-летнем возрасте блестящий гвардейский офицер Чичагов становится духовным чадом протоиерея Иоанна Кронштадтского и в течение тридцати лет находится с ним в тесном духовном общении. Решительные повороты жизни Л.М. Чичагова происходили по его глубокому послушанию своему духовнику: женитьба, смена военной карьеры на священническое служение, а затем – монашество.

Л.М.Чичагов. Начало 1890-х гг.

Жизненный опыт и потрясения войны, научившие глубоко сопереживать физическим страданиям раненых воинов, привели к глубокому изучению Л. М. Чичаговым медицины. В дальнейшем значительным итогом многолетних медицинских опытов стала разработанная Л.М. Чичаговым и успешно испытанная на практике система лечения организма лекарствами растительного происхождения.

Сделав важнейший выбор, в возрасте 34 лет, к тому времени возведенный в чин полковника, Леонид Чичагов уходит в отставку, чтобы послужить Церкви данными ему талантами. Чем, конечно, ошеломил Петербург, при его безупречной службе, высоких наградах, в глазах общественности это выглядело как неоправданная порча карьеры. К тому времени в семье Чичаговых родились четыре дочери.

Для его супруги такая перемена жизни была настоящим потрясением, об этом тяжелом для семьи времени владыка вспоминал позже: «..что только я не перенес в свое время, поставив и бедную жену в положение субъекта, которого только ленивый не атаковал за мое увлечение отцом Иоанном, за порчу карьеры, потерю пенсии, прав для детей и т.п

Гвардейский офицер Л.М. Чичагов с супругой Н.Н. Чичаговой (урожд. Дохтуровой)

В первые годы служения отец Леонид взял на себя одно из важнейших послушаний своей жизни – составление «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря». Глубоко он чтил память преподобного Серафима Саровского и черпал духовные силы в посещении древнего Саровского монастыря, Дивеевской обители. И впоследствии летопись была составлена и преподнесена владыкой Николаю II, и этот благодатный труд послужил основой для прославления преподобного Серафима Саровского, состоявшегося в 1903 году.

Испытания самого первого года служения отца Леонида предопределили во многом его дальнейший путь, в том числе и через неожиданную тяжелую болезнь его супруги, а потом и ее смерть.

Через некоторое время, оставив своих уже несколько повзрослевших дочерей на попечение доверенным лицам, Леонид Чичагов принимает монашеский постриг с именем Серафим.

Императорская семья на торжествах по случаю прославления Преподобного Серафима Саровского в сопровождении архимандрита Серафима (Чичагова). Саров, 1903 г.

За долгие годы священнослужения владыка Серафим трудился во многих местах России: в Москве, Троицко-Сергиевой Лавре, Суздале, Новом Иерусалиме, Сухуми, Орле, Кишиневе, Твери, Ленинграде. На каждом месте своего служения, во всех вверенных ему епархиях, он занимался восстановлением разрушенных храмов и монастырей, возрождением духовной жизни народа. Он бесстрашно выступал на борьбу с революционной смутой, сектантством и расколами всякого рода, деятельно занимался устройством церковно-приходской жизни.

«Духовное же возрождение России возможно только тем путем, каким совершилось ее духовное рождение. А именно: необходимо вернуться к церковно-общественной жизни древнерусского прихода, чтобы приходская община единодушно занималась не только просвещением, благотворительностью, миссионерством, но и нравственностью своих сочленов, восстановлением прав старших над младшими, родителей над детьми, воспитанием и руководством молодого поколения, утверждением христианских и православных установлений.

Равнодушие, отсутствие ревности по вере – вот что более всего страшит! Единственное средство к вразумлению, это возрождение приходской жизни. Оно необходимо, неотложно!»

Владыка Серафим с фотокамерой, Кишинев, 1913 г.

Главным делом своего служения владыка считал проповедь Слова Божия. И свое продолжение она находила во многих его произведениях, как талантливого писателя, историка, философа, художника и музыканта.

Архиепископ Серафим за фисгармонией и Ю.В. Сергиевский (зять владыки) за пианино, Кишенев, 1913 г.

В том числе на свет появлялись удивительные иконы «Спасителя в белом хитоне», преподобного Серафима Саровского. Музыка занимала особое место в жизни владыки, митрополит Серафим сочинял ее на протяжении всей своей жизни, это была естественная потребность души, продолжение молитвы и проповеди.

Икона «Спаситель в белом хитоне», написанная владыкой Серафимом. Свято-Троицкая Александро-Невская Лавра

Митрополит Серафим всю свою жизнь боролся за чистоту Православия. Он был участником Всероссийского Поместного собора 1917 – 1918 гг. Вместе со всей Церковью испил митрополит Серафим и чашу гонений от безбожной власти. 1921 — 1925 гг. он проводит в тюрьмах и ссылках.

Последним местом святительского служения владыки Серафима был Ленинград, куда он был направлен для борьбы с раскольниками-обновленцами в 1928 году.

В те богоборческие времена он призывал своих духовных чад не отвлекаться от Божьей Правды, не подчиняться злу: «Учись внутренней молитве, ибо эта молитва не умственная, а сердечная, приближающая к невидимому небу. Учись прощать всем их недостатки и ошибки. И ввиду подчинения их злой силе и, несомненно, не нормального состояния, говори: «Помоги ему Господи!», ибо он духовно болен. Такое сознание помешает осуждению. Ибо судить может только тот, кто сам совершенен и не ошибается».

Митрополит Серафим в игуменских покоях Воскресенского Новодевичьего монастыря, Ленинград 1928-1933 гг.

Отдавший все силы епархии, 77-летний святитель Серафим подходил к концу своего архипастырского служения в качестве правящего архиерея. 14 октября 1933 года временный Патриарший Священный Синод издает указ об увольнении владыки на покой. Отслужив 24 октября в Спасо-Преображенском соборе, в храме своей юности, где когда-то венчался со своей супругой, был старостой прихода, Божественную литургию, святитель Серафим навсегда покинул родной город.

Последние годы земной жизни владыка Серафим провел в Подмосковье, в двух комнатах загородной дачи, находившейся недалеко от подмосковной станции Удельная Казанской железной дороги. Там его навещали духовные чада, посещали владыку митрополиты Алексий (Симанский) и Арсений (Стадницкий), так или иначе, он продолжал оставаться в центре церковной жизни.

Последовательная стойкость и принципиальность, всегда отличавшие митрополита Серафима, в условиях советской власти привели к его мученической кончине.

Владыка Серафим был арестован сотрудниками НКВД в ноябре 1937 года. В то время это был прикованный к постели 81-летний старец-святитель. Из дома он был вынесен на носилках и доставлен в Таганскую тюрьму в машине «скорой помощи».

В последние дни перед расстрелом (фото из архива КГБ)

11 декабря 1937 года митрополит Серафим (Чичагов) был расстрелян в Бутово.

Печально известный Бутовский полигон под Москвой – место исторической памяти спец. зона НКВД, где проводились массовые расстрелы и захоронения 37 — 38 годы прошлого столетия.

Канонизация митрополита Серафима (Чичагова) состоялась 23 февраля 1997 года. Во многом благодаря усилиям внучки владыки — игуменьи Серафимы (в миру Варвары Васильевны Черной-Чичаговой), ставшей первой настоятельницей возрожденного Новодевичьего монастыря в Москве и много потрудившейся в делах прославления и канонизации митрополита Серафима.

Священномученик Серафим (Чичагов)

Талантливый иерарх, пламенно послуживший Отечеству, Церкви и людям, самобытный мыслитель-богослов, блестящий военный, писатель, композитор, иконописец, талантливый врач и патриот земли русской.

История жизни этого удивительного человека, исповедника, мученика, до конца жизни оставшегося верным Господу Иисусу Христу, является наследием для нас сегодня. Подвиг его жизни совсем еще недавний. И потому особенно проникновенны могут быть сейчас мысли, высказывания и пример жизни новомученика, близкого нам по времени.

Жизнь владыки Серафима — это еще и потрясающий пример того, как человек может возрасти в полную меру своих сил и талантов, дарованных Богом, как может распоряжаться этим богатством, самоотверженно отдавая миру, людям.

Мученическая кончина — ярчайший пример веры и верности. Подвиг, который разделили множество новомучеников в прошлом столетии. Это были живые люди, которые боялись мучений и смерти, но оказавшиеся готовыми умереть за то, во что верили. Кому как не им молиться об укреплении веры.

«Сила не в силе, а сила в любви!» — говорил святитель Серафим Чичагов. И вся его жизнь стала ярким тому свидетельством. Любви деятельной, живой, вдохновенной.

Святый священномучениче Серафиме, моли Бога о нас!

Молитва ко священномученику Серафиму

О великий и пречудный угодниче Христов, священномучениче Серафиме! Приими ныне нашу смиренную песнь благодарения и умоли Вседержителя Бога, в Нераздельней Троице прославляемаго, низпослати нам мир и благоденствие, да сохранится от разорения держава наша. Любовию и мудростию твоею люди российстии к единению соборному приведи и от ересей и расколов огради. Силою ходатайства твоего терпение в скорбех и болезнех нам низпосли. О всехвальный святителю Христов! Испроси у Всемилостиваго Бога подати нам прежде конца покаяние, да сподобимся с тобою зрети лица Его доброту неизреченную, воспевающе Отца и Сына и Святаго Духа во веки. Аминь.

Тропарь, глас 4

Днесь радостно ликует Церковь Русская, прославляющи новомученики и исповедники своя: святители и иереи, царственныя страстотерпцы, благоверныя князи и княгини, преподобныя мужы и жены и вся православныя христианы, во дни гонения безбожнаго жизнь свою за веру во Христа положившыя и кровьми Истину соблюдшыя. Тех предстательством, долготерпеливе Господи, страну нашу в Православии сохрани до скончания века.

Величание

Величаем тя, священномучениче Серафиме, и чтим святую память твою, ты бо молиши за нас Христа, Бога нашего.

Кондак, глас 6

Саровскому чудотворцу тезоименит быв, теплую любовь к нему имел еси, писаньми твоими подвиги и чудеса того миру возвестив, верныя к его прославлению подвигл еси и благодарственнаго посещения самаго преподобнаго сподобился еси. С нимже ныне, священномучениче Серафиме, в Небесных чертозех водворяяся, моли Христа Бога серафимския радости нам причастником быти.

Ссылка на основную публикацию