Церковь и армия: роль и отношения, история, мнение священников

Время подлинных Героев

Церковь и Армия России: история и современность

Надо признать, что информационно-пропагандистская война, которая ведётся против России её врагами, своих целей вполне достигла. Больше всего это заметно на южном, кавказском направлении. После обеих чеченских кампаний, которые не окончились, как ожидалось, нашей полной победой, нет больше единого мнения о необходимости «удерживать» Кавказ или призывать в армию уроженцев из этого региона. В обществе, в том числе в армии и правоохранительных органах отмечается рост, как антикавказских, шовинистических, так и антирусских, а точнее, русофобских, настроений. Это не может не отражаться на морально-психологическом климате в частях и подразделениях, не влиять на их боеготовность; заметно снижает эффективность использования войск при выполнении поставленных боевых задач. Все эти вопросы и проблемы не получили, на мой взгляд, своевременной и должной оценки у руководства государства и силовых структур.

Союз Меча и Креста

Одной из мер по повышению и поднятию боевого духа, как главной составляющей комплекса морально-психологического обеспечения войск, должно стать формирование у военнослужащих уверенности в своих силах, твёрдой убеждённости в своей правоте и адекватности восприятия обстановки, складывающейся из различных информационных источников. Именно по этим «точкам» и работают наши противники, лишая военнослужащих национального самосознания и возможности свободно ориентироваться в историческом и духовном пространстве, используя накопленный поколениями потенциал.

Очевидно, для решения этой важной проблемы надо, прежде всего, на официальном уровне, признать то, что является непреложным, но забытым фактом: исторически Россия существует, опираясь на два столпа: Армию и Церковь. Когда врагам удавалось подрубить один из этих столпов, государство рушилось. Но, благодаря существованию второго, опоре на него, ей всегда удавалось не только воскресать, но и восстанавливать свой боевой потенциал, навёрстывая утраченное. Этот благословенный союз Меча и Креста – есть подлинный гарант нашей национальной безопасности.

Веч(р)ные союзники России

За примерами ходить далеко не надо: XIII-XV век, ордынское нашествие, которое полностью разорило страну, лишило её не только войска, но и государственного суверенитета. Единственной опорой и скрепой русского народа в те годы оставалась Церковь, благодаря которой, были не только собраны силы, но и сломлен сначала языческий, а затем, с принятием захватчиками ислама, и мусульманский духовный прозелитизм. Орда распалась под ударами не только внутренних междоусобиц и заговоров, но и из-за упорного в первую очередь духовного сопротивления русского народа, не желавшего перенимать чужие традиции, обычаи, веру. Произошло обратное: многие ордынцы, знатные татарские мурзы, приняв Православие, перешли на службу России и честно служили ей, положив начало многим княжеским и дворянским родам. Все помнят так же, что перед Куликовской битвой московский князь Дмитрий Донской поехал за советом-благословением не куда-нибудь – к волхвам-шаманам или Римскому папе, а к «светильнику земли Русской» преподобному Сергию Радонежскому. А «стояние на Угре», положившее официальный конец игу, завершилось нашей победой во многом благодаря поддержке ростовским архиепископом Вассианом колеблющегося Ивана Третьего.

Начало XVII века. Смутное время и польско-литовско-шведское нашествие. Фактическая оккупация большей части страны, отсутствие регулярной армии, казны, законов и фактически независимости. В Москве изменниками боярами готовится приём посольства и утверждение на царство ставленника Запада – польского королевича, но планам оккупантов и предателей не суждено сбыться из-за твёрдой позиции Патриарха Ермогена, отказавшегося признавать ставленника папы и поднявшего народ на ополчение своими грамотами и воззваниями. За это он был уморен голодом в подвале Чудова монастыря в Кремле.

Начало ХХ века. Революция, уничтожившая величайшую мировую державу и её вооружённые силы, попытки создания нового государства и армии и жуткие гонения на Церковь. Казалось бы, какая тут взаимосвязь? Но те, кто стояли за плечами организаторов переворота прекрасно знали то, о чём позабыли сегодня мы: «Чтобы покончить с Россией, нужно разрушить оба её столпа – две основы». Именно поэтому нападки на Русскую Армию и Церковь шли параллельно и бешеными темпами. Армию Российской Империи с её славными традициями врагам фактически удалось уничтожить. На грани ликвидации была и Церковь. К 1941 году на свободе оставалось всего три архиерея РПЦ, были разорены и закрыты все монастыри (из нескольких сот действующих до 1917 года), на территории РСФСР действовало всего около 100 храмов (из 78 тысяч бывших до революции).

Грянувшая война показала слабость пестуемой руководством страны РККА, неготовность многих её солдат и командиров противостоять натиску германской армии. В тот тяжелейший для страны период, несмотря на пережитые гонения и притеснения, РПЦ полностью и безоговорочно поддержала власть, призвав уже на второй день войны верующих (которых по рассекреченным недавно данным переписи 19З7 года было больше чем неверующих) устами патриаршего местоблюстителя Сергия (Страгородского) выступить на защиту Родины. Всю войну Церковь активно помогала государству, властям, организовывая сбор денег в помощь фронту, построив на свои средства танковую колонну «Дмитрий Донской» и авиаэскадрилью «Александр Невский». Полностью Россия восстановила свою мощь к 1943 году, не только одержав столь важную победу на Курской дуге, но и восстановив Патриаршество, заключив фактически заново разорванный Петром союз государства с Церковью.

1991 год. С развалом СССР прекратила своё существование и считавшаяся мощнейшей в мире теперь уже Советская армия. Что удерживало тогда страну, балансирующую на грани сползания в гражданскую войну и экономического краха? Какие силы? Без сомнения, к ним следует отнести Церковь (её молитвы), голос которой, наконец, стал звучать свободно, а авторитет расти в геометрической прогрессии, в т.ч. среди политиков, военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов.

В наше время мы наблюдаем схожую картину. Российская армия, несмотря на все попытки свернуть ей шею, показала свою стойкость и боеспособность в тяжких испытаниями обоих чеченских и грузинской кампаниях, выстояла под жесткими ударами реформаторов-сокращенцев и сегодня набирает силу, навёрстывая упущенное время. Церковь же, наоборот, после заигрывания с ней, попыток встроить её в фарватер соглашательской, направленной против интересов России политики, подвергается сегодня бешеным нападкам со стороны либералов-западников, контролирующих СМИ, создавая из любого повода мощнейшую информационную атаку на первых её лиц и Самого Христа. Это ещё раз подтверждает двуединство главной задачи наших врагов: разрушить союз Армии и Церкви, подрубив оба государствообразующих столпа.

Отсюда и должно исходить военное руководство, используя церковный опыт верности России и бескомпромиссного стояния в Истине. Остаётся разобраться, в чём заключается аккумулированный опыт Церкви, который может быть полезен отлучённой от неё на долгое время Армии.

Из плена забвения

Но прежде чем кидаться из одной крайности в другую, я предложил бы учесть опыт и ошибки прошлого. Например, почему мощнейший партийно-пропагандистский аппарат ГлавПУРа СА и ВМФ, пронизавший насквозь все армейские структуры снизу доверху, не смог ничего противопоставить слабо-организованным деструктивным силам, развалившим изнутри и армию и государство? Очевидно, что одной из причин столь явного идеологического поражения, была неэффективность коммунистической пропагандистской машины, её идеологическая зашоренность, омертвелость и шаблонность, которая поэтому и проигрывала национал-либералам на фоне всегда свежо звучавших лозунгов и идей о свободе, равенстве и самостийности.

Сегодня, как было отмечено выше, вопрос межнациональных и межэтнических отношений в воинских коллективах стоит очень остро. Официальная пропаганда, связанная действующей безыдейной (ст.13) и секуляризованной (ст.14) Конституцией не в состоянии дать воинам требуемого ответа и примеров решения этого вопроса. Но так ли уж не решаема эта проблема даже в рамках действующего законодательства? Мешает ли Основной Закон обращаться к истокам своих корней, славных побед и героям походов и войн прошлого? Отнюдь.

Чего стоит один исторический факт взятия Казани войсками Ивана Грозного? Кто его «замолчал», лишив русский народ, не только национальной гордости, самосознания и исторической памяти, но позволив сегодня спекулировать на этом этническим сепаратистам, лишив нас возможности аргументированно на него отвечать? А ведь только тот факт, что за годы существования этого ханства, через Казань в плен было уведено до 5 миллионов русских людей, делает всё понятным и легко объяснимым! А кто назовёт русских героев – участников той героической осады? То же можно сказать и о победах атамана Ермака, который с дружиной в несколько сот человек присоединил к России огромные пространства Сибири. Кто сегодня помнит имена сподвижников Ермака Тимофеевича: Ивана Кольцо, Якова Михайлова, Матвея Мещерякова, Андрея Воейкова и других?

Так же благополучно замалчивались постсоветскими идеологами героические примеры действий русских войск в ходе войны на Кавказе. Тогдашние жители тех малоизвестных и труднодоступных краёв, были куда более дики и кровожадны, чем их нынешние потомки и всё же Кавказ был покорён русским солдатом! Что мы знали, вступая в кавказскую кампанию, о героях ещё той, первой кавказской войны: А.П.Ермолове, Н.П.Слепцове, Н.И.Евдокимове, А.А.Вельяминове, Ю.П.Кацыреве, М.Г.Власове, А.О.Осипове и многих-многих других, чьих славных подвигов, примеров так не доставало нашим воинам в ходе обеих нынешних кавказских кампаний? Кто знает, что наводивший ужас на чеченцев неубиваемый «Шайтан-боклю» – казачий генерал Я.П.Бакланов возил с собой на пике значок – чёрное знамя с главой Адама и словами из христианского символа веры: «Чаю воскресения мёртвых и жизни будущего века. Аминь!».

Не акцентировался источник многочисленных и славных побед русских над турками и персами – нашими извечными противниками на южном направлении. Ислам и тогда заменял идеологию этих воинственных народов, стоял во главе их политических систем. За счёт чего побеждали русские чудо-богатыри, вооружённые подчас хуже, чем снабжённые английским оружием янычары Оттоманской империи, покорившие себе все ближайшие народы? За счёт преобладания русского духа, источник которого находился в глубокой религиозности нашего народа, о чём не раз свидетельствовали А.В.Суворов, Ф.Ф.Ушаков, П.С.Нахимов, М.Д.Скобелев.

Сознательно замалчивались победы и герои Русско-японской (за счастливым исключением «Варяга») войны и переименованной в угоду возобладавшей идеологии из Второй Отечественной (Первой мировой) в империалистическую войну. Что знает нынешнее поколение воинов о подвигах миноносца «Стерегущий», душе обороны Порт-Артура генерале Романе Кондратенко, казаке Кузьме Крючкове, унтер-офицерах Кушнерове, Зайкове и Чеснокове, прапорщике Ставицком, полковниках Канцерове, Ширинкине, Вавилове, безымянных героях крепости Осовец, организованно отражавших атаки немцев более полугода(!)? А что слышали о сформированной из горцев Кавказа туземной дикой дивизии – одной из наиболее боеспособных соединений Русской армии? Кто изучал её опыт, когда, например, во время конной атаки у галицийской деревни Цу-Бабино впереди всех скакал, потрясая Кораном мулла, а за ним с воплем «Аллаху акбар!» летели, готовые умереть за Россию всадники, среди которых было немало в прошлом абреков?

Какие сделаны выводы, если по прошествии почти ста лет с её начала, в России на государственном уровне не открыто и одного памятника её героям!

Жертвы агитпропа

А на каких же героях воспитывалось молодое поколение строителей коммунизма, без боя сдавшее Советский Союз? Были ли среди них люди, отстаивающие национальные интересы, т.е. интересы, прежде всего, государствообразующего русского народа, его веру, традиции, культуру? Первыми на слуху – герои гражданской (по сути братоубийственной) войны, отцеженные, мифологизированныеи изрядно подретушированные: чуваш В.И.Чапаев, молдаване М.В.Фрунзе и С.Г.Лазо, украинцы (малороссы) Н.А.Щорс, С.М.Будённый, Г.И.Котовский. Кто вспомнит их идеалы, отвечающие не только сегодняшним, но и тогдашним запросам советской молодёжи? На поверку выходит, что это люди – представители малых народов России, её национальных окраин проливали кровь русских людей за светлое будущее, которого так никто и не дождался.

Следующими идут герои более близкой и понятой нам Великой Отечественной войны: Г.К.Жуков, К.К.Рокоссовский, И.С.Конев, З.А.Космодемьянская, Н.Ф.Гастелло, В.В.Талалихин, И.Н.Кожедуб. Их куда больше. Только Героев Советского Союза более 12000. Но и в их часто отретушированных до неузнаваемости биографиях внимание акцентировалось, как правило, на нацеленность на победу советского, социалистического строя, преданность партии и делу Ленина-Сталина. Уже на закате перестройки, словно спохватившись, начали раскрывать национальный состав героев, почти 80 % которых оказались русскими. А сколько до сих пор ломается копий над подвигом А.Матросова, «28 панфиловцев»? Был ли факт беспримерного героизма или это скорее литературная мифологизация, к которой были склонны политкомиссары?

Следующими традиционно идут герои Даманского и афганской войны. О героях пограничниках надолго остановивших китайскую экспансию вспоминать, по политическим мотивам, долгое время было не принято. А что с почти сотней «афганцев», получивших высшую награду страны, интересы которой они защищали «за речкой»? Сегодня та война, перешагнув водный рубеж, уже пришла к нам, и вопрос о том, кому и зачем оказывалась братская помощь в виде интернационального долга, с некоторых пор, давлеет над их реальными подвигами. Если сюда включить довольно слабую информированность допризывной и войсковой молодёжи о Героях России обоих чеченских кампаний, число которых превысило полтысячи человек, то картина получиться весьма печальная и неприглядная. И само собой напрашивается вывод: в России нет идеала, эталона национального героя, символа национальной гордости русских, способного объединить народ, дать ему пример победоносности!

«Нет больше той любви. »

Но ими вполне могут стать бережно хранимые Церковью Русские святые. Среди них, едва ли не треть принадлежит к воинскому сословию. В их числе один из авторитетнейших национальных героев прошлого Александр Невский и его младший сын – московский князь Даниил, который ещё в 1300 году нанёс первое в истории России поражение оккупантам. Примечательно, что оба и отец и сын закончили свою жизнь монахами. Это и правнук Даниила – князь Дмитрий Донской. Среди наших святых – князья Михаил Тверской – первый русский военачальник, убитый на Кавказе в 1318 г. и замученные в плену за верность Вере и Отечеству Роман Рязанский и Михаил Черниговский. Среди них, князь Мстислав, прозванный за свою отвагу и многочисленные подвиги Храбрым, и воин Меркурий Смоленский, вышедший один против тысячи. Среди них былинный богатырь Илья Муромец (чьи мощи ныне открыто почивают в Киево-Печерской лавре), легендарные воины-иноки Александр Пересвет и Родион Ослябя и славный князь Довмонт-Тимофей Псковский.

Последний, не имея ни одного поражения в своих многочисленных боевых походах против воинственных соседей, в возрасте семидесяти лет с десятикратно меньшей по численности дружиной разбил немцев под стенами Пскова, одолев в поединке магистра ливонского ордена. Среди наших святых – праведный воин Фёдор (Ушаков) – прославленный адмирал, многократно громивший турецкий флот и не имевший ни одного поражения от нагоняющих сегодня страх мусульман. Фактически святыми почитаются в народе непобедимый «Ангел Суворов» и воин Евгений Родионов – русский солдат, попавший в 1996 году в плен к боевикам, и принявший лютую смерть за отказ снять свой нательный крестик и принять ислам.

У всех этих людей помимо множества воинских качеств было и ещё два вполне на первый взгляд мирных, отринутых современниками – терпение и смирение. Смирение (не перед врагом) перед волей Божьей – судьбой, когда, например, выбор командира остаться прикрывать отход остальных, падает на тебя. Ведь будучи фактически приговорённым к смерти, продолжать вести бой до последней капли крови, можно только смирившись с мыслью о смерти. Именно такие, сознательно жертвующие собой воины, не посрамившие своего имени и оружия – носители настоящей воинской чести. Именно благодаря таким как они удавалось остановить, измотать, обессилить врага, внушив ему ужасную и неотразимую мысль о непобедимости русских.

Подвиг жертвенности: «Нет больше любви той, кто положит душу за други своя» выше всех стоит в Церкви, поскольку он соответствует подвигу Христа, добровольно пошедшего на крест, чтобы подать людям пример настоящего терпения и смирения. Именно этих качеств лишены, в силу своей ментальности, многие народы, исповедующие ислам, где поставленных на поток зомбированных самоубийц-камикадзе малограмотные и часто самозваные «имамы» сходу «записывают» в шахиды – мученики за веру.

Терпеливо выдержать натиск, чтобы потом внезапно обрушиться на врага, может только смиривший себя до смерти русский воин. Эта загадка жертвенной стойкости русского солдата, которая восхищала всех подряд наших противников, имеет только одно объяснение – евангельское: «Нет больше той любви, кто положит душу за други своя». Она и должна стать основой победной национальной идеологии и лучшим ответом русофобам, обосновавшимся на информационных просторах страны с названием Россия.

Роман Илющенко, подполковник запаса, бакалавр религиоведения

Армия и мужественность

Сегодня россияне поздравляют своих защитников Отечества. О том, стоит ли служить в армии и превращает ли эта служба молодого человека в настоящего мужчину, защитника своей Родины, порталу Православие.Ru рассказали священники Михаил Васильев, Святослав Шевченко и Сергей Привалов, а также отслуживший в армии семинарист Сретенской духовной семинарии Василий Лапкин.

«Армия — это та важная часть,
без которой совершенно нельзя представить себе настоящее
и тем более будущее наших детей»

Читайте также:  Рецепты кухни четвертой недели Великого поста: питание, постные блюда и меню на каждый день

— Армия — это срез общества, в котором, к сожалению, есть свои недостатки. Но мы исходим из того, какое должно быть общество и стремимся к искомому совершенству. Задача вооруженных сил стать той силой, которая защищает общество, его миропорядок, традиции и территорию от внешнего нападения и внутренних дестабилизаций.

Нужно признать, что перед лицом опасности наличие армии просто необходимо. Представьте, что в город или населенный пункт, где вы живете, войдет большое количество вооруженных людей. Чтобы противостоять этой внешней угрозе, требуется регулярная армия, вооруженные силы, которые состоят из хорошо обученных профессионалов, добровольно согласившихся служить своему Отечеству.

Мы видим, что в истории нашего Отечества принятие веры Христовой началось именно с войск, которые тогда именовались дружиной. От князя Владимира, который принял крещение еще в Херсоне, и до ребят, которые сохраняют территориальную целостность, суверенитет нашей страны на северном Кавказе или в средней Азии. Мы понимаем, что армия — это та важная часть, без которой совершенно нельзя представить себе настоящее, тем более — будущее наших детей. Представьте, что у людей отняли право свободно жить, отняли саму жизнь просто по праву сильного, как это было во времена фашисткой оккупации или при татаро-монгольском иге. Что делать в такой ситуации без армии? Чтобы не вернуться в эти страшные времена, нам нужна вооруженная сила, состоящая из настоящих мужчин, которые готовы не за деньги, а ради Родины выполнять свой долг. Я своими глазами наблюдаю, что не оскудела земля русская, есть еще великое множество таких людей, которые способны жить не для себя, а для Отечества. Я имею счастье разделять с такими людьми их трудности и опасность служения. Что было бы с Матерью Церковью, если бы сегодня наши русские воины не были христианами, которые сознательно выполняют свой христианский долг, защищая наше Отечество?

Армия — это школа жизни, где человек исполняет свой конституционный долг, отдает уважение тому народу, к которому он принадлежит, а также показывает, что хочет жить в свободной стране.

Вопрос служить или не служить православному христианину в армии обсуждался еще в начале IV века отцами древней Церкви. Тогда было определено: если в мирное время гражданин оставляет свое войско, он тут же отлучается от причастия. Замечу, что тогда речь об этом шла в языческом государстве, где многие христиане, рискуя своей жизнью за веру Христову, тем не менее не оставляли воинское служение. Тогда была языческая армия, а сейчас армия большей частью состоит из православных христиан — и это не фантом, это реальность. Сегодня у нас в Воздушно-десантных войсках по официальным данным 90% называют себя православными христианами, что не может не радовать.

«Служба в армии всегда была школой взросления,
не пройдя которую, юноша не мог считаться полноценным мужчиной»

— Каждый гражданин обязательно должен служить своему Отечеству. Это потребность мужчины, который призван защищать, оберегать и сохранять духовную самоидентичность нашего государства. В первую очередь служба в армии развивает в молодом человеке чувство ответственности. Когда мужчина получает в руки оружие, он понимает, что это оружие способно как защитить ближнего, так и принести непоправимый вред. Поэтому человек, который несет свое служение с правом применения современных видов оружия, имеет совсем другой подход к жизни. Он по-другому относится к своему служению, к вверенной технике, к командирам, к начальникам и к своим сослуживцам. Происходит возмужание молодого человека. Служба в армии всегда была школой взросления, не пройдя которую, юноша не мог считаться полноценным мужчиной.

Уклонение от исполнения воинского долга недопустимо, потому что кто-то должен встать на защиту своей Родины, своей семьи, родных и близких людей. «Воин», «гражданин», «защитник» — все это про наше молодое поколение, которому предстоит на своих плечах нести груз ответственности за мир и спокойствие наших сограждан. А то общество и государство, которое пытается сэкономить на своей армии, просто перестает существовать.

«По своей сути армия — это микромир, модель глобального мира»

Иерей Святослав Шевченко, руководитель пресс-службы Благовещенской епархии, клирик Благовещенского кафедрального собора г. Благовещенска:

— Как человек, который отслужил два года в пограничных войсках, я просто уверен, что каждому мужчине необходимо пройти армейскую школу. Потому что это не только гражданская обязанность, но и сыновний долг своей Родине. Это нужно и для того, чтобы в случае опасности быть полезным своей стране: уметь держать в своих руках оружие защитника. Тем более, это актуально в свете последних событий.

Именно служба в армии делает из юнца мужчину, а вовсе не ранняя половая близость, как считают некоторые. В мужском коллективе человек быстро понимает, что значит чувство локтя и взаимовыручка. По своей сути армия — это микромир, модель глобального мира. Поэтому не зря армейские годы называют школой жизни. Солдат в армии мужает, набивая шишки, закаляясь в сложных жизненных ситуациях. На мой взгляд, это помогает молодому человеку выйти в этот жестокий мир более подготовленным. А еще служба в армии укрепила мою веру в Бога, Который проявлял Себя в экстремальных ситуациях непростой армейской жизни.

Уклонение от службы в армии без уважительных причин является грехом лукавства, обманом, поскольку человек прибегает к различным уловкам и ухищрениям, а порой даже занимается членовредительством. Все это не совместимо с высоким званием православного христианина, который должен быть честным и законопослушным гражданином.

«Армию нужно пройти, чтобы стать настоящим воином
и защитником для Родины и своих близких»

Трудности и проблемы есть везде, а в армии их еще приходится решать без помощи родителей и друзей. Вот так и набираешься опыта для дальнейшей самостоятельной жизни. Здесь нет ничего страшного, потому что армия модернизируется, и многие ее проблемы уже сегодня решены по сравнению с 1990-ми годами. Армия не меняет человека, человек меняется в армии. Вооруженные силы России делают все, чтобы человек изменился, начиная от внешнего вида и заканчивая получением внутренних качеств: ответственности, выносливости и терпения.

Хочу заметить, что не каждому дано отслужить в армии так, чтобы командир роты напоследок пожал ему руку и выразил слова благодарности за пройденную службу. Этого нужно добиться. Как семинарист, я скажу, что жизнь в армии и жизнь в семинарии практически не отличаются: дисциплина, строгое выполнение распорядка дня, учеба — все это есть как в армии, так и в семинарии. Однако коллектив все-таки разный, поэтому после службы в армии жизнь в семинарии проходит легче. После армии учиться в семинарии проще, потому что семинария — это одна большая семья, где тебя всегда поддержат, а если нужно и помогут.

Закон Божий говорит нам жить по совести. Кесареву — кесарево, а Богу — Божие. Конечно, нельзя укрываться от исполнения военной службы, ведь тогда мы совершаем грех противления государству.

Бывают различные обстоятельства, серьезные причины, которые позволяют не служить в армии. Но если нет крайних ситуаций, то не стоит оправдывать себя и прятаться за мнимыми болезнями. Если человек отслужил, он может спокойно спать и не бояться каждого звонка в дверь.

Тем, кто служит или только собирается служить, хочется пожелать терпения, потому что служба в армии — это настоящее испытание для человека. Многие люди этого испытания пытаются избежать, но они не понимают, что армию полезно пройти, чтобы стать настоящим мужчиной и защитником — как для Родины, так и для своих близких.

Гвардии священник. Зачем в армии Церковь?

По итогам 63-го заседания Совета министров СНГ министр обороны, генерал армии Сергей Шойгу заявил, что в Вооруженных силах РФ в обязательном порядке должны быть священнослужители, причём всех существующих конфессий. «То, что необходимо духовное окормление всеми конфессиями — это естественно, правильно, это поддержано руководителем нашей страны и поддерживается нами», – заявил министр.

Дебаты о внедрении религиозных служителей в армейские ряды продолжаются уже не один год. По этому поводу многократно высказывались и видные общественные деятели, и законодатели, и ветераны. Мнения разные, но схожи в одном: приобщение армии к духовной жизни, в принципе, – явление нужное. Но хотелось бы затронуть тему присутствия в армии Церкви как духовного наставника…

Не секрет, что сегодня религиозная составляющая становится одной из доминирующих тем в системе реформирования ВС России. И всё чаще слышны высказывания о многоконфессиальности армии. Однако не следует забывать и то, что Россия – государство светское. Это означает, что ни одна из существующих на его территории религия не имеет права становиться основополагающей в государственном строе. Все религиозные объединения должны иметь равные права, но быть вне государства как института. Армия – часть государства. Отсюда вытекает, что принципы светскости, свободы вероисповедания и совести, закреплённые в Конституции России, банально попираются, а точнее, грубо нарушаются.

Несомненно, именно религиозный фактор сегодня чаще всего оказывает огромное влияние на внутренний климат в воинских подразделениях. И как следствие, его негативный окрас может способствовать подрыву военной безопасности России. Противоречия на религиозной почве всё чаще становятся своеобразным катализатором конфликтов. Вот здесь-то и важна последовательная работа священнослужителя, как проводника верного направления, наставника, толкователя.

Однако, по наблюдениям военных социологов, выявляется любопытный факт: увеличение количества верующих в воинских коллективах способствует процветанию принципа «нравится – не нравится» по признаку вероисповедания военнослужащих. В таких подразделениях всё чаще отмечается проявление неприязни к другим религиям. Почти треть верующих заявляют, что религиозная принадлежность сослуживца имеет для них существенное значение.

Кстати. Сегодня пока только Русская Православная Церковь заключила договор о сотрудничестве с Министерством обороны РФ. В местах дислокаций отдельных войсковых частей уже выросли первые православные храмы.

И опять же возникает недоумение: если в армию пытаются привлечь священнослужителей всех религиозных конфессий, представьте, какое нагромождение из всякого рода приходов, мечетей и синагог должна будет разместить на своей территории каждое из войсковых подразделений… Или все они смогут уместиться под одной крышей? Нонсенс.

К слову, весьма интересно мнение священнослужителя и миссионера РПЦ игумена Петра (Мещеринова) о том, что инициатива клерикализации армии и флота глубоко связана с желанием государства переложить на плечи Церкви задачи психологической поддержки военнослужащих и их патриотического воспитания. Из-за отсутствия нормативной правовой базы на данную тему подобная инициатива кажется весьма спорной и скороспелой. Такая «модернизация» изначально рушит все принципы воспитания военнослужащего ВС РФ. Именно поэтому в большинстве дискуссий часто цитируются первые строки «Решения по организации воспитательной работы военного учебно-научного центра СВ «Общевойсковая академия ВС РФ» в 2011/12 учебном году» о том, что основной задачей воспитательной работы является формирование научного мировоззрения военнослужащих, которое способствует росту профессионализма, нравственности и патриотизма.

Что касаемо любой религии, то в каждой из них вера в бога – основной критерий межличностных отношений. Принцип один: если ты единой веры – брат, иной – чужак. Именно это во все времена становилось камнем преткновения не только между отдельными людьми, но целыми этническими народами. К примеру, в Библии (Ветхий Завет, Второзаконие) есть слова про иноверцев: «. Предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их. И не вступай с ними в родство: дочери твоей не отдавай за сына его и дочери его не бери за сына твоего. Ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам. » Можно понять по-разному. Здесь опять же не помешает правильный толкователь, способный грамотно и доходчиво изъяснить суть сказанного.

Несомненно, вера – великое духовное благо. И скидывать её со счетов, как один из факторов формирования мировоззрения, нельзя. Но человек имеет полное право как стать верующим, так и разувериться в той или иной религии. Поэтому воспитывать здравомыслящего воина навязанной приверженностью к религиозным идеям – затея не самая правильная.

Как стало известно, не так давно было создано специальное Управление по работе с верующими военнослужащими ВС РФ, главой которого назначен Борис Лукичев. С его слов, в министерстве обороны за последние два года штатно, на договорной основе введено порядка 240 должностей военных священнослужителей, на флот отправились лишь 21 священник.

«Уже второй год войска стали ближе к Богу в прямом смысле этого слова…», – заявил Лукичев.

По данным Управления по работе с верующими военнослужащими, сегодня в частях МО РФ возведено около 200 культовых объектов, лишь 4 из которых – мусульманские молитвенные комнаты.

Что касаемо требований, предъявляемых Генштабом к военным священникам, – они весьма высоки: отличная физическая форма, обязательное высшее образование и всесезонная готовность к передислокации на новое место работы. Сегодня таковых «днём с огнём»…

Но всё это лирика. На самом деле миссия священника в жизни военнослужащего должна носить сугубо нравственный характер. Достаточно заглянуть в историю дореволюционных войн. Святая роль священника – всегда находиться рядом с бойцами. А в случае гибели солдата, отпеть его по всем канонам христианской веры, похоронить и сообщить отцу с матерью, каким героем был их сын.

Церковь и армия: роль и отношения, история, мнение священников

Русская Православная Церковь всегда стояла и стоит на патриотических позициях, радея за процветание земли русской, наполняя повседневную жизнь народа духовным смыслом. Многовековая история Отечества воистину творилась людьми святой веры. Идет ли речь о государственном устройстве, путеводительстве народов к сплочению и процветанию, ратной защите их интересов, или о трудовом, научном бремени познания событий по принципу: «Аз бо есмь в чину учимых и учащих мя требую». Весьма символично, что своей гениальной поэзией воспели русское православие Александр Пушкин и Гавриил Державин, Михаил Ломоносов и Афанасий Фет, Марина Цветаева и Сергей Есенин и многие другие деятели науки, культуры и искусства. Высокое предназначение церкви было и остается проповедным словом утолять духовную жажду людей, прививать любовь к Родине, к своему Отечеству, наставляя их на совершение ратных и трудовых подвигов. Ведь мы прекрасно знаем, как на полях сражений вера и любовь к Святой Руси возвышали силы, неодолимость в борьбе с врагом и вели к победе. История взаимодействия Вооруженных Сил России и Русской Православной Церкви уходит своими корнями далеко в глубину веков. Достаточно вспомнить, что на Куликовскую битву Дмитрия Донского благословил Преподобный Сергий игумен Радонежский, а первым в схватку с монголо-татарами вступил схимонах Пересвет – бывший брянский воевода. С момента создания в России регулярной армии она и Православная Церковь были неразделимы. Церковь освящала боевые знамена и боевое оружие. С 1720 г. военное духовенство было выделено в отдельную структуру на флоте, а с началом XIX в. и в остальных родах войск. Департамент военного и морского духовенства просуществовал вплоть до октября 1917 г., и его представители вписали немало славных страниц в историю российской армии. Немеркнущей славой покрыли себя войсковые священники в годы первой мировой войны. Думаю, уместно было бы вспомнить подвиги некоторых из них. Протоиерей 7-го Финляндского полка, отец Сергий Соколовский, прозванный французами (вторую половину войны он провел на французском фронте) за свою храбрость “легендарным священником”, дважды раненый, во второй раз с потерей кисти правой руки, поднял спрятавшихся солдат в атаку и под ураганным огнем неприятеля разрушил проволочные заграждения, мешавшие полку выполнять дальнейшую задачу. За этот подвиг он был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. 9-й драгунский Казанский полк должен был двинуться в атаку на австрийцев. Раздалась команда командира, но полк не тронулся с места. Жуткая минута! Вдруг вылетел на своей лошаденке скромный и застенчивый полковой священник отец Василий Шпичек и с криком: “За мной, ребята!” понесся вперед. За ним бросилось несколько офицеров, а за ними весь полк. Атака была чрезвычайно стремительной, противник бежал. Полк одержал победу. Отец Василий был также награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. 16 октября 1914 г. геройски погиб священник линейного заградителя “Прут”, иеромонах Бугульминского монастыря, 70-летний старец Антоний Смирнов. Когда “Прут” во время боя начал погружаться в воду, отец Антоний стоял на палубе и осенял Святым Крестом свою паству, в волнах боровшуюся со смертью. Ему предлагали сесть и шлюпку, но он, чтобы не отнять место у ближнего, отказался. После этого он спустился внутрь корабля, и, надев ризу, вышел на палубу со Святым Крестом и Евангелием в руках, и еще раз благословил своих духовных чад, осенил их святым крестом. А затем вновь спустился внутрь корабля. Скоро судно скрылось под водой. Священник Павел Иванович Смирнов своим мужеством и спокойствием в трудную минуту так поднял дух полка, что, увлеченный своим пастырем, полк не только преодолел опасность, но и одержал победу. Имя отца Павла после этого стало геройским для всей Кавказской армии, и он был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Примеров подобного мужества можно было бы привести еще немало, и каждый из них занимает достойное место в нашей военной истории. За время существования Георгиевского Креста, от Императрицы Екатерины-II в мирное время этой награды было удостоено всего 4 священника. А во время первой мировой войны – 14. Каждый из этих 14 совершил какой-либо исключительный подвиг. Кроме того, более 100 священников были награждены наперсными крестами на Георгиевской ленте. Для получения этой награды также требовался подвиг. Одни получили такую награду за особо мужественное исполнение своих обязанностей под огнем неприятеля, другие – за вынос раненых с линии огня и тому подобное. Русская Православная Церковь внесла весомый вклад и в дело борьбы с фашизмом. К сожалению, многие факты участия священнослужителей в ратных делах до сих пор умалчиваются. Так, мало кто знает, что Пресвятая Богородица спасла Россию в Великой Отечественной войне, и о том, что митрополиту гор Ливанских Илье присуждена Сталинская премия за неоценимую услугу, которую он оказал нашему народу. До сих пор остается в тени участие Церкви в приближении победы над врагом в Великой Отечественной войне. Православная Церковь благословила армию на отпор врага в первый же день войны 22 июня 1941 г. Начало контрнаступления под Москвой совпало с Введением во храм Пресвятой Богородицы, а закончилось к Рождеству Христову. Основные боевые действия Великой Отечественной войны были закончены 6 мая 1945 г., в день великомученика и Победоносца Георгия. Капитуляцию фашистской Германии принял маршал Георгий Константинович Жуков, возивший всю войну под крышей своего автомобиля образ Казанской Божией Матери. В целом во всех войнах и вооруженных конфликтах, в которых участвовали Вооруженные Силы России, Русская Православная Церковь оказывала им всяческое содействие и помощь. Священники делили с воинами все тяжести войны, возбуждали их дух, своим участием согревали уставшие души, будили совесть, предохраняли военнослужащих от ожесточения и озверения. Продолжается это и в наши дни. Сегодня при ведении боевых действий в локальных воинах и вооруженных конфликтах в рядах военнослужащих – немало священников. Поступают они по морали: воин есть личность, «живой очаг веры и мужества». На опасных участках рядом с бойцами пребывают и служители Церкви. Можно рассказать о многих из них, но, наверное, самым показательным является пример отца Филарета, который под Грозным, не страшась огня снайперов, поспевал с помощью к нашим воинам. По отчаянью поступков, высоте человеческого самосознания, личной храбрости он оказался превыше всех похвал. Отец Филарет после излечения ран получил боевой орден и имеет духовное дерзновение вернуться в «родной полк». С напутствием Святейшего Патриарха теперь несут послушание в воинских коллективах священнослужители из многих республик и областей Российской Федерации, внося посильную ленту в возрождение духовной крепости Вооруженных Сил. После вступления России на путь демократических преобразований меняется не только окружающая нас жизнь, но и мировоззрение нашего народа. Однако эти изменения не всегда носят положительный характер. Бездуховность, смещение нравственных ориентиров, другие социальные болезни, поразившие общество, в той или иной степени коснулись и Российской Армии, которая живет в идеологическом и духовно-нравственном вакууме, без сплачивающей общенациональной идеи. Молодежь, которая приходит служить, по большей части либо духовно не развита, либо преклоняется перед западноевропейскими или американскими кумирами. Проводить воспитательную работу в создавшихся условиях, основываясь на, казалось бы, вечных ценностях, патриотизме, любви к своей Родине, верности военной присяге, становится все труднее и труднее. И здесь нам на помощь, как всегда в тяжелые времена, приходит Русская Православная церковь. Возрождение государственно-патриотической идеи, традиций верного служения Отечеству в наше время невозможно без тесного взаимодействия армии и церкви. Такое взаимодействие на сегодняшнем этапе развития нашего общества просто необходимо потому, что, говоря словами великого русского полководца Александра Васильевича Суворова из его знаменитой “Капральской тетради”: “Безверное войско учить – все равно, что железо перегорелое точить”. Без Русской Православной Церкви, которая столетиями была вместе с армией и в мирное время и в военное лихолетье, невозможна повседневная жизнь и деятельность российских Вооруженных Сил. Духовная окаменелость современной жизни не изжила в военном человеке потребности в слове Господнем. Священным Синодом Русской Православной Церкви в 1994 г. было принято решение об организации взаимодействия с Вооруженными Силами России и правоохранительными учреждениями. 4 апреля 1997 г. было подписано соглашение между Святейшим Патриархом Московским и всея Руси АЛЕКСИЕМ II и министром обороны Российской Федерации. В соответствии с этим соглашением и на основе федерального закона РФ “О свободе совести и о религиозных объединениях” в частях и соединениях Российской Армии было организовано взаимодействие с представителями Русской Православной Церкви по таким направлениям как: патриотическое воспитание военнослужащих, нравственное и духовное просвещение военнослужащих, социальная защита военнослужащих и членов их семей, реализация религиозных потребностей военнослужащих и восстановление культовых сооружений. Православное попечение армии вернулось на круги своя. Ощутимей становится тяга к религиозным корням. Проявляется это в желании многих военнослужащих участвовать в таинствах крещения, брака, рождения детей. Посредством душевного порыва следовать заповедям нравственного очищения, патриотизма и чести. Святая вера, образно выражаясь как плоть от плоти, вновь входит в армейские коллективы. Все больше становится возведенных храмов и церквей в военных гарнизонах, городках семей военнослужащих. И это не дань моде, а внутренняя потребность. В Боснии, где несут службу наши миротворцы, воины-десантники своими руками построили храм в честь Александра Невского. Сейчас в Косово, в специальной палатке воины участвуют в богослужении. В Таджикистане, в 201-й дивизии, тоже есть храм Божий, где постоянно находится священник. Только за последние пять лет в системе Министерства обороны построены и действуют 117 церквей практически во всех субъектах Российской Федерации. Здесь необходимо сказать и о взаимоотношениях священнослужителей и офицеров-воспитателей. У многих может сложиться впечатление, что священнослужитель, появляясь в воинском коллективе, подменяет органы воспитательной работы, и в дальнейшем, идя по такому пути, можно будет упростить воспитательные структуры, заменив их войсковыми священниками. Сразу же скажу, что тот, кто так думает, глубоко ошибается. На современном этапе развития российской армии при том многообразии задач, которые стоят перед офицерами-воспитателями в воинских коллективах, речь может идти лишь об оказании конкретной помощи в решении вопросов нравственного воспитания военнослужащих, в духовной эволюции воинства российского, его мироощущения, что и происходит сегодня на деле. Церковь с тысячелетним опытом бытия на своей земле может сослужить добрую службу по воспитанию воинов на истории нашего Отечества, героических традициях предков. Возвышенный слог доверительнее, проникновеннее звучит из уст священника. Жизнь сегодня обильна стрессами, экстремальными ситуациями. Когда разум молодого человека пленен ими, происходит переоценка ценностей. Да что ценности? Весь мир воспринимается по-иному. Потому, что не мгновения, как в известной песне, а пули смертоносные летят у виска солдата. Чечня это или Босния, Таджикистан или Косово. И такие, образно выражаясь, «узлы напряжения» офицерам-воспитателям гораздо легче «разряжать» с помощью священников, тогда что называется, «душа с душою говорит». Уместно повторить здесь и апостольские слова: в единстве духа, в союзе мира мы призваны делать общее благо нашей армии. На основе Соглашения между Министром обороны России и Святейшим Патриархом Московским и всея Руси и в соответствии с федеральным законом РФ “О свободе совести и о религиозных объединениях” по благословению Его Высокопреосвященства, Митрополита Воронежского и Липецкого, Высокопреосвященнейшего Мефодия началась работа по взаимодействию Военного института радиоэлектроники с Воронежско-Липецкой епархией с целью повышения духовного и нравственного уровня воспитания всех категорий военнослужащих и служащих института, оздоровления морально- психологического климата в воинских коллективах, развитию милосердия и веротерпимости. Несмотря на громкость фраз, импульс к такому взаимодействию был дан по сути дела снизу, от самих военнослужащих, у которых появилось тяготение к прежде отдаленной религии, и командованию института оставалось только поддержать их в этом стремлении и облечь его в более конкретные формы. За прошедшее время наше взаимное сотрудничество значительно окрепло и превратилось во множество осязаемых и вполне конкретных дел. Священнослужители стали полноправными участниками в праздновании знаменательных дат в истории России, Вооруженных Сил и нашего учебного заведения, практически всех воинских ритуалов, совершаемых военнослужащими института. Духовные напутствия выпускникам института, курсантам, принимающим присягу, оказывают неоценимое воздействие на военнослужащих, вдохновляя их на ратную службу. Традиционными стали освящение вооружения и военной техники, казармы, общежития, учебного корпуса, проведение совместных занятий и информирование военнослужащих по вопросам роли Православия в истории Российского государства и Вооруженных Сил, выступления священнослужителей с обобщением исторического опыта деятельности Русской Православной Церкви по оказанию помощи армии в период ведения войн и вооруженных конфликтов. Одной из граней сотрудничества армии и церкви стало довольно тесное взаимодействие Воронежской духовной семинарии с курсантами. Начиналось оно с отдельных выступлений священнослужителей перед военнослужащими института, а затем переросло в постоянно действующий факультатив у курсантов 1-2-х курсов “История Православия на Руси. Роль и место православного священнослужения в Российской армии”. На этих занятиях курсанты получают необходимые знания по истории Православия, Русской Православной Церкви, Воронежско-Липецкой епархии. В простой и доступной форме преподаватели семинарии раскрывают военнослужащим значение Христианских праздников, таинств и обрядов. В Успенской церкви было совершено таинство крещения многих офицеров и курсантов института. Тесные и дружественные отношения у нас сложились и со священнослужителями храма во имя святых Кирилла и Мефодия. С большим желанием и любовью курсанты оказали посильную помощь в восстановлении и благоустройстве этой церкви. Используя довольно обширную видеотеку храма, в институте организован еженедельный показ видеофильмов для личного состава института об истории Православия, библейских сказаниях, традициях, обрядах и таинствах священного богослужения в рамках воспитательной телепрограммы “Православный час”. Кроме того, благодаря священнослужителям храма, мы еженедельно показываем курсантам лучшие образцы отечественного киноискусства. Проведенное в 1999 г. социологическое исследование показало, что благодаря тесному взаимодействию с представителями Русской Православной церкви более чем в 10 раз увеличилось количество военнослужащих, назвавших следование законам православия образом своей жизни, на 20% увеличилось количество курсантов, считающих себя верующими, и значительно сократилась категория людей, считающих религию историческим предрассудком. В целом около 51% опрошенных курсантов считает себя верующими, а 60% – православными. Но эта цифра может быть неточной, так как многие курсанты не считают обязательным отождествлять свою принадлежность к православию непосредственно с верой в Бога. Кроме того, опрос показал, что у курсантов несколько повысился интерес к литературе религиозного содержания по сравнению с аналогичным исследованием, проведенным в 1998 году. Тогда такую литературу читали 13% опрошенных, а в 1999 году потребность в чтении такой литературы испытывали 20,5%. Мероприятия, проводимые совместно с представителями Воронежско-Липецкой епархии значительно повысили уровень военно-патриотического и нравственного воспитания военнослужащих и служащих института, внесли весомый вклад в расширение духовного мировоззрения военнослужащих и гражданского персонала института. Благодаря совместно проводимой работе значительно сократилось количество нарушений воинской дисциплины, заметно повышается культурный уровень воспитанников института. Благодаря тому, что командование института и священнослужители проводят совместные мероприятия на добровольной основе, с каждым годом значительно увеличивается количество курсантов желающих участвовать в церковных обрядах. В первые годы сотрудничества лишь 50-60 % выпускников института желало получить духовное напутствие по окончанию института. В 2000 г. духовное напутствие пожелали получить практически все выпускники вуза, а все курсанты набора этого года во время проведения опроса высказали желание участвовать в обряде освящения оружия и получить напутствие на ратную службу. Лишь 6 человек из 183 опрошенных попросили разъяснить им духовный смысл этого обряда, и после разъяснения согласились в нем участвовать. Это еще и еще раз доказывает необходимость продолжения начатого струдничества и готовность курсантов института участвовать в нем. Проводимая работа по взаимодействию и сотрудничеству с Воронежско-Липецкой епархией была бы, наверное, менее качественной, если бы не священнослужители, благодаря усилиям и взаимопониманию которых проводимые мероприятия пользуются заслуженным успехом и популярностью среди личного состава института. Особые слова благодарности сегодня хочу выразить прежде всего Его Высокопреосвященству, митрополиту Воронежскому и Липецкому, Высокопреосвящейннейшему Мефодию за его неустанную заботу о духовном и нравственном воспитании военнослужащих и гражданского персонала нашего института. Хотелось бы отметить также ведущую роль отца Сергия Шалотонова, заведующего отделом Воронежско-Липецкой епархии по взаимодействию с Вооруженными Силами, и отцу Андрею Изакару, заведующему отделом образования Воронежско-Липецкой епархии, благодаря энергии и предприимчивости которых совместные мероприятия проходят на достаточно высоком уровне. Слова глубокой признательности я хотел бы сказать также ректору Воронежской духовной семинарии протоиерею Василию Попову и преподавателю семинарии, заведующему миссионерским отделом Воронежско-Липецкой епархии, Николаю Макееву за значительный вклад в тесное и многогранное сотрудничество между нашими вузами. Сегодня на пороге третьего тысячелетия у командования института и представителей Воронежско-Липецкой епархии очень много совместных планов и проектов по расширению совместной деятельности. Среди таких проектов хотелось бы отметить, прежде всего, создание в институте молельной комнаты, а в перспективе, возможно, и церкви. Желание в создании такого храма выразили и 45,5% верующих нашего института. Благодаря воплощению этого проекта в жизнь верующие-военнослужащие нашего института получат возможность регулярного и полноценного соблюдения религиозных обрядов, постоянного общения со священнослужителями, чтения религиозной литературы. Мы находимся в начале нашего сотрудничества, для продолжения которого созданы все условия, а самое главное, есть желание его продолжать и наращивать. Ведь как правильно сказал великий русский полководец Александр Васильевич Суворов в поучении христолюбивым воинам: “Молись Богу: от Него победа. Все начинай с благословения Божия и до издыхания будь верен Государю и Отечеству”.

Читайте также:  Собеседование перед крещением ребенка: понятие огласительной беседы, что нужно знать родителям и крестным

Церковь и Армия

Думаю, все согласятся со мной, если я скажу, что Россия за годы безбожия в
духовно-нравственном отношении потеряла очень многое из того, что скопила за
века своего существования. Ныне, чтобы наше государство могло возродиться —
нужно возродить в нем религиозный дух, и прежде всего в Армии.

Вспомним,
что такой труднооцениваемый политик, как Сталин, ничего лучше не нашел, как в
1943 году восстановить Патриаршество. В течение двух суток был подготовлен
Собор, на который из лагерей и тюрем съехались архиереи, чтобы начать духовное
возрождение в разгар войны, в начале коренного перелома. И этот перелом
свершился. Мне могут возразить: Сталин воспитывался в семинарии, а мы были
советскими людьми, у нас другое воспитание. Однако нельзя не согласиться с тем,
что его отношение к коммунистической идеологии было все же более трепетным, чем
наше.

Весь опыт нашей жизни подтверждает, что идеология безбожия у нас
не приживается. Несмотря на то, что прошли годы, что пришли поколения, которые
не слышали о Боге, не читали религиозной литературы, даже чисто статистически
религиозность нашего народа гораздо выше, чем в Европе, где никаких гонений ни
на Церковь, ни на мечеть, ни на синагогу не было. Это говорит о том, что дух
веры неистребим.

Если это понимал такой руководитель нашего государства,
как Сталин, я думаю, что и каждый может сообразить, что религия играет огромную
роль в жизни народа. Она — хранительница духовных ценностей, нашей исторической
памяти.

Если бы у нас не было Церкви, мы с вами не помнили бы ни об
Александре Невском, ни о Димитрии Донском. Они остались в памяти народа
благодаря летописям, которые составлялись церковными людьми, которые читались в
храмах и в домах на протяжении семисот лет становления нашего народа. Поэтому
эти святые имена, эти события, в которых явился победоносный русский дух,
хранились как предание и дошли до наших дней.

На что еще хотелось бы
обратить внимание? Когда Император Петр Великий решил переделать Россию на
западный лад — это оказало существенное влияние на все стороны жизни народа.
Этот европейский подход принес, безусловно, положительные результаты, но
некоторые элементы его носили деструктивный характер. Была создана новая
государственная идеология, которая сначала была усвоена верхушкой общества,
затем его слоями. Согласно ей, военные образуют одну общественную среду,
чиновники — другую, ученые — третью, и так далее. Такое деление на сословия,
между которыми возникают противоречия, ни в коей мере не соответствует
исторической реальности нашего государства, его духу.

Читайте также:  Евангелие от Марка: толкование, как и для кого написана, авторство и подлинность

Как-то, в
офицерском собрании, я обратился к аудитории: «Господа офицеры! Есть ли среди
вас некрещеные?» Из полного зала поднял руку один человек. Что это значит? Это
значит, что и сейчас мы присутствуем, хотя и при военном, но, одновременно, и
при церковном собрании. Каждый крещеный человек есть член Русской Православной
Церкви. Поэтому он не может воспринимать духовенство этой Церкви как «вы», а
себя — как «мы». Если ты крещеный, член Церкви — это значит «мы», и если я строю
храм — я его строю себе, своей Церкви, в том числе своему священнику, своему
митрополиту и так далее. То же и в Армии. Практически у нас нет россиянина,
независимо от национальности, вероисповедания, который так или иначе не
относился бы к Армии. Либо он является военнослужащим, либо в армии служит
кто-то из его родственников, либо он работает в военно-промышленном комплексе,
либо его ребенок учится в одной школе с сыном солдата или офицера. То есть Армия
— это не значит «они», Армия — это тоже «мы».

Дальше. Если посадить
российскую армию на жалованье, чтобы она была профессиональная — хотя кто
скажет, что у нас армия непрофессиональная? — она не станет чем — то отдельным
от народа. Поэтому говорить о единстве Церкви и Армии в этом смысле даже смешно.
Это все равно, что говорить о единстве русской отечественной школы, образования
и науки. Армия и Церковь — это совершенно, абсолютно пересекающиеся области.

Лозунг об отделении Церкви от государства — это лозунг французской
революции. И мы вслед за Лениным его повторяем. А что это значит? Вот я люблю
свою Родину, и я готов ей служить. Готов служить и нашей Армии, не получая
жалованья от Министерства обороны, и делаю это с энтузиазмом, и нахожу людей,
которые готовы нашей Армии помогать. Тогда в чем заключается это отделение —
совершенно непонятно. Во всех европейских странах в армии присутствуют
капелланы, и это в порядке вещей. Никто не говорит о слиянии Церкви с
государством. От такого слияния, прежде всего, пострадала бы она сама. Слава
Богу, Церковь свободна от этого. Церковь не может быть ведомством по
православному вероисповеданию, как это стало при царе Петре I и продолжалось 200
лет.

Сейчас в России для Церкви сложились самые благоприятные условия за
всю тысячелетнюю историю нашей страны. И каждый гражданин должен усвоить две
вещи: Армия — это моя Армия, Церковь — это моя Церковь. Если у нас не будет
Армии — мы не сохраним свою территорию, даже если у нас и будет достаточно
населения. Хотя, если наши женщины по-прежнему будут отказываться рожать детей —
нам придется еще и еще отдавать огромные территории другим народам. От Армии, от
ее боеспособности, эффективности зависит, быть ли нашему государству.

Независимо от того, кто это государство защищает — буддист, мусульманин
или православный. И буддист ведь защищает наши храмы, наши мечети, наши
синагоги!

В государстве Израиль, которое возникло после войны и имеет
демократический строй, конституцию, парламент, особым образом относятся к людям,
которые являются хранителями религиозных традиций. Они не работают, их
государство кормит за счет налогоплательщиков только для того, чтобы они были.
Эти люди живут совершенно иначе, чем все остальные граждане. Они молятся Богу,
исполняют все предписания, они многодетны. И государство осознает, что
присутствие этих людей в народе воспроизводит самоидентичность. Не будь этих
людей — и еврейский народ забудет свою историю, свой язык, забудет своих
мудрецов. А у нас Церковь зачастую воспринимают только лишь как хранительницу
своих сословных интересов. Это крайне неверно.

Журналисты нам часто
задают вопросы: «Вы благословляете, освящаете танковые колонны. А как же
заповедь «не убий»? Но русский солдат никогда не идет на войну убивать. Он идет
умирать. У него совершенно иное отношение к войне и к ратному подвигу. Армия
должна восприниматься не как место, где надо убивать, а как место, где можно
счастливо послужить своему Отечеству. Надо осознать, что наше Отечество
находится в реальной опасности! И если мы не вернемся к подлинному
патриотическому воспитанию, которое основано на знании традиций, исторического
пути России, ее религиозности, — то мы не сможем реализовать наши планы, и
произойдет катастрофа. Поэтому сейчас нам не время разъединяться. Тем более, что
политическая задача современности перед нами поставлена, это — интеграция в
европейскую жизнь. Но если в Европе присутствие священников в Армии
воспринимается как совершенно необходимое, то в России, к сожалению, иначе.

Семь лет существует факультет православной культуры в Академии ракетных
войск имени Императора Петра Великого. За семь лет его существования среди
курсантов Академии, которые посещают занятия на этом факультете, где параллельно
происходит воцерковление, не было ни одного нарушителя дисциплины. Разве это ни
о чем не говорит?

В заключение хотелось бы кое о чем напомнить. Все мы
учились в советской школе, проходили разные идеологические дисциплины. Нас
учили, что Церковь всегда была служанкой государства. Отлично! Возьмите нас, и
мы будем служить государству и его Армии.

Сейчас оно находится в
состоянии системного кризиса. Однако, согласно опросам населения, Церковь и
Армия — по — прежнему самые здоровые, самые надежные институты в государстве.
Так считают россияне. Будем надеяться, что в умах людей, принимающих решения,
вопрос о необходимости всестороннего взаимодействия нашей Армии и нашей Церкви
дозреет и принесет плод, давно ожидаемый народом.

Военные священники в боевых порядках

Торжеством всех торжеств называют Пасху верующие. Для них Воскресение Христово — главный праздник православного календаря. Шестой раз подряд в своей современной истории российская армия празднует Пасху, осененная военными священниками, появившимися в частях и соединениях после девяностолетнего перерыва.

У истоков традиции

Идея возродить в российской армии институт военных священников возникла у иерархов Русской православной церкви (РПЦ) ещё в середине девяностых годов. Большого развития она не получила, но светские руководители в целом положительно оценили инициативу РПЦ. Сказалось благожелательное отношение общества к церковным обрядам и то, что после ликвидации штата политработников воспитание личного состава лишилось внятного идеологического стержня. Посткоммунистическая элита так и не смогла сформулировать новую яркую национальную идею. Её поиск привел многих к давно знакомому религиозному восприятию жизни.

Инициатива РПЦ захлебнулась в основном потому, что не было в этой истории главного — собственно военных священников. Батюшка обычного прихода мало подходил на роль, например, духовника отчаянных десантников. Здесь должен быть человек их среды, уважаемый не только за мудрость религиозного таинства, но и доблесть военную в том числе, по крайней мере — за очевидную готовность к ратному подвигу.

Таким стал войсковой священник Киприан-Пересвет. Сам он сформулировал свою биографию так: сначала был воином, потом калекой, затем стал священником, потом — военным священником. Впрочем, отсчет своей жизни Киприан ведёт только с 1991-го, когда принял в Суздале монашеский постриг. Спустя три года его рукоположили в священники. Сибирские казаки, возрождая привычный Енисейский округ, избрали Киприана войсковым священником. История этого божьего подвижника заслуживает отдельного подробного рассказа. Он прошел обе чеченские войны, был в плену у Хаттаба, стоял у расстрельной черты, выжил после ранений. Это в Чечне солдаты Софринской бригады за мужество и ратное терпение нарекли Киприана Пересветом. Был у него и свой позывной «ЯК-15», чтобы знали бойцы: священник рядом с ними. Поддерживает их душой и молитвой. Соратники-чеченцы называли Киприана-Пересвета своим Братом, софринцы — Батей.

После войны, в июне 2005-го в Санкт-Петербурге Киприан примет Постриг в Великую Схиму, став старцем схиигуменом Исаакием, но в памяти российских солдат он останется первым военным священником нового времени.

А до него — большая и благодатная история российского воинского духовенства. Для меня и, наверное, для софринцев, она начинается с 1380-го года, когда преподобный Сергий, игумен земли русской и Чудотворец Радонежский, благословил князя Дмитрия на битву за освобождение Руси от татарского ига. Дал ему в помощь монахов своих — Родиона Ослябю и Александра Пересвета. Это Пересвет выйдет потом на поле Куликовом на единоборство с татарским богатырём Челубеем. С их смертельной схватки начнётся битва. Русское войско разобьёт орду Мамая. Эту победу люди свяжут с благословением преподобного Сергия. Павшего в единоборстве инока Пересвета причислят к лику святых. А мы день Куликовской битвы — 21 сентября (8 сентября по юлианскому календарю) назовём Днём воинской славы России.

Между двумя Пересветами шесть с лишком веков. Многое вместило это время — многотрудное служение Богу и Отечеству, пастырские подвиги, грандиозные битвы и великие потрясения.

По воинскому уставу

Как и всё в российской армии, ратное духовное служение свою организационную структуру впервые обрело в Воинском уставе Петра I от 1716-го года. Император-реформатор счёл необходимым иметь священника в каждом полку, на каждом корабле. Морское духовенство представляли преимущественно иеромонахи. Во главе их ставился обер-иеромонах флота. Духовенство сухопутных войск подчинялось полевому обер-священнику действующей армии, а в мирное время — архиерею епархии, на территории которой расквартирован полк.

К концу века Екатерина II во главе военного и морского духовенства поставила единого обер-священника армии и флота. Он был автономен от Синода, имел право прямого доклада императрице и право непосредственного сношения с епархиальными иерархами. Для военного духовенства установили регулярное жалованье. После двадцати лет службы священнику начислялась пенсия.

Структура получила по-военному законченный вид и логичную соподчиненность, но корректировалась еще в течение целого века. Так, в июне 1890 года император Александр III утвердил Положение об управлении церквами и духовенством военного и морского ведомств. Учредил звание “протопресвитера военного и морского духовенства». К его ведению отнесли все церкви полков, крепостей, военных госпиталей и учебных заведений (кроме Сибири, в которой «из-за дальности расстояний» военное духовенство подчинялось епархиальным архиереям.)

Хозяйство получилось солидным. В ведомство протопресвитера военного и морского духовенства вошли 12 соборов, 3 домовые церкви, 806 полковых, 12 крепостных, 24 госпитальных, 10 тюремных, 6 портовых церквей, 34 церкви при разных учреждениях (всего — 407 церквей), 106 протоиереев, 337 священников, 2 протодиакона, 55 диаконов, 68 псаломщиков (всего — 569 духовных лиц). Управление протопресвитера издавало собственный журнал — “Вестник военного духовенства».

Высочайшим Положением определили служебные права военного духовенства и оклады содержания. Главного священника (протопресвитера) приравняли к генерал-лейтенанту, обер-священника Главного штаба, гвардейского или гренадерского корпуса — к генерал-майору, протоиерея — к полковнику, настоятеля военного собора или храма, а также дивизионного благочинного — к подполковнику. Полковой священник (равный капитану) получил практически полный капитанский рацион: жалованье в сумме 366 рублей в год, столько же столовых, предусматривались надбавки за выслугу лет, доходившие (за 20 лет службы) до половины установленного оклада. Равное военным жалование соблюдалось по всем духовным чинам.

Сухая статистика даёт лишь общее представление о священнослужении в российской армии. Жизнь вносит в эту картину свои яркие краски. Между двумя Пересветами были войны, тяжёлые битвы. Были и их Герои. Вот священник Василий Васильковский. Его подвиг опишет в приказе по русской армии №53 от 12-го марта 1813-го года главнокомандующий М.И.Кутузов: «19-го Егерского полка священник Васильковский в сражении при Малом Ярославце, находясь впереди стрелков со крестом, благоразумными наставлениями и личною храбростию поощрял нижних чинов сражаться без ужаса за Веру, Царя и Отечество, причем жестоко был ранен в голову пулею. В сражении же при Витебске оказал он таковую же храбрость, где и получил рану пулею в ногу. Начальничее засвидетельствование о столь отличных неустрашимых в сражениях поступках и ревностной службе Васильковского подносил я Государю Императору, и Его Величество высочайше указать соизволил наградить его орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4-го класса».

Это был первый в истории случай награждения военного священника орденом Святого Георгия. Отцу Василию орден вручат 17-го марта 1813-го года. Осенью того же года (24-го ноября) он скончается в заграничном походе от полученных ран. Василию Васильковскому было только 35 лет.

Перепрыгнем через столетие в другую великую войну — Первую мировую. Вот что написал о том времени знаменитый русский военачальник, генерал А.А. Брусилов: «В тех жутких контратаках среди солдатских гимнастерок мелькали черные фигуры — полковые батюшки, подоткнув рясы, в грубых сапогах шли с воинами, ободряя робких простым евангельским словом и поведением… Они навсегда остались там, на полях Галиции, не разлучившись с паствой».

За героизм, проявленный в годы Первой мировой войны, около 2500 военных священников отметят государственными наградами, вручат 227 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте. Орденом Святого Георгия наградят 11 человек (четверых — посмертно).

Институт военного и морского духовенства в российской армии ликвидируют приказом Народного комиссариата по военным делам 16-го января 1918-го года. Из армии уволят 3700 священников. Многих потом репрессируют, как классово чуждых элементов…

Кресты на петлицах

Старания Церкви дали результат к концу нулевых. Инициированные священниками в 2008-2009 годах социологические опросы показали — число верующих в армии доходит до 70 процентов личного состава. Об этом проинформировали тогдашнего президента России Д.А.Медведева. С его поручения военному ведомству и начинается новое время духовного служения в российской армии. Это поручение президент подписал 21-го июля 2009 года. Он обязал министра обороны принять необходимые решения, направленные на введение в Вооруженных силах России института военного духовенства.

Выполняя поручение президента, военные не станут копировать структуры, существовавшие в царской армии. Начнут они с того, что в составе Главного управления Вооруженных Сил Российской Федерации по работе с личным составом создадут Управление по работе с верующими военнослужащими. В его штат введут 242 должности помощников командиров (начальников) по работе с верующими военнослужащими, замещаемые священнослужителями традиционных религиозных объединений России. Случится это в январе 2010-го.

За пять лет так и не удалось заполнить все предложенные вакансии. Религиозные организации даже с избытком представили Управлению минобороны своих кандидатов. Но планка требований военных оказалась высока. Для работы в войсках на штатной основе они приняли пока только 132 священнослужителя — 129 православных, два мусульманина и одного буддиста. (Замечу, кстати, в армии Российской империи тоже внимательно относились к верующим всех конфессий. Военнослужащих-католиков окромляли несколько сот капелланов. В национально-территориальных соединениях, таких, как «Дикая дивизия», служили муллы. Иудеям дозволяли посещать территориальные синагоги.)

Высокие требования к священнослужению, наверное, вызрели из лучших образцов духовного пастырства в российской армии. Может быть, даже из тех, что я вспомнил сегодня. По крайней мере, священников готовят к серьёзным испытаниям. Их рясы не будут больше демаскировать батюшек, как это случилось в боевых порядках незабываемого брусиловского прорыва. Министерство обороны совместно с Синодальным отделом Московского патриархата по взаимодействию с Вооружёнными силами и правоохранительными органами разработало «Правила ношения формы одежды военным духовенством». Их утвердил Патриарх Кирилл.

Согласно правилам, военные священники «при организации работы с верующими военнослужащими в условиях ведения военных действий, в период чрезвычайного положения, ликвидации аварий, опасных природных явлений, катастроф, стихийных и иных бедствий, на учениях, занятиях, боевых дежурствах (боевой службе)» будут носить не церковное облачение, а полевую воинскую форму. В отличие от формы военнослужащих она не предусматривает погон, нарукавных и нагрудных знаков соответствующего рода войск. Лишь петлицы украсят православные кресты темного цвета установленного образца. При совершении богослужения в полевых условиях священник поверх формы должен надевать епитрахиль, поручи и священнический крест.

Серьёзно обновляется и база духовной работы в войсках и на флоте. Сегодня только на подведомственных министерству обороны территориях действуют более 160 православных храмов и часовен. Строятся войсковые храмы в Североморске и Гаджиево (Северный флот), на авиационной базе в Канте (Киргизия), в других гарнизонах. Вновь стал воинским Храм Святого Архистратига Михаила в Севастополе, здание которого ранее использовалось как филиал музея Черноморского флота. Министр обороны С.К.Шойгу принял решение выделить во всех соединениях и на кораблях I ранга помещения для молитвенных комнат.

…У военного духовного служения пишется новая история. Какой она будет? Безусловно, достойной! К этому обязывают сложившиеся веками традиции, переплавившиеся в национальный характер, — героизм, стойкость и мужество российских солдат, старание, терпение и самоотвержение военных батюшек. А пока в войсковых храмах великий праздник Пасхи, и коллективное причастие воинов — как новый шаг в готовности служить Отечеству, Миру и Богу.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Ссылка на основную публикацию