Православие и суррогатное материнство: отношение церкви и мнение священников, почему РПЦ против

О крещении младенцев, родившихся при помощи «суррогатной матери»

Москва, 26 декабря 2013 г.

Документ принят на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 25-26 декабря 2013 года (журнал № 158).

В настоящее время все более широкое распространение получает репродуктивная биомедицинская технология, получившая название «суррогатного материнства». Хотя эта практика в нескольких странах разрешена законодательством, она продолжает вызывать в обществе острые дискуссии. В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», принятых Юбилейным Архиерейским Собором в 2000 году, дана оценка этому явлению. Однако целый ряд вопросов, касающихся пастырского отношения к последствиям «суррогатного материнства», продолжает оставаться дискуссионным. Настоящим документом Русская Православная Церковь дает церковно-практические указания, касающиеся крещения детей, родившихся при помощи «суррогатной матери».

Если родители не приносят явного покаяния в содеянном, а восприемники фактически выражают согласие с совершившимся греховным деянием, то о христианском воспитании речь идти не может. Отказ в крещении младенцев в подобном случае будет соответствовать православной традиции

Церковь понимает брак как изначальное установление Божие, укорененное в богозданном человеческом естестве. В христианском понимании брак является духовно-телесным союзом мужчины и женщины, который позволяет им в полноте реализовать свою человеческую природу.

Церковь освящает брак, уподобляя его духовному союзу Христа и Его Церкви (Еф 5:22-33). Плодом супружеской любви становятся дети, «рождение и воспитание которых, по православному учению, является одной из важнейших целей брака» (ОСК Х.4).

Рождение ребенка — это не только естественное следствие брачных отношений, но и великое событие пришествия в мир нового человека, несущего в себе образ и подобие Бога Творца. Давая жизнь детям, муж и жена принимают на себя сугубую ответственность, поскольку они призваны проявлять максимальную заботу одновременно об их физическом и духовном здоровье — от периода внутриутробного развития и первых дней жизни до наступления совершеннолетия.

Особая роль в рождении и воспитании детей принадлежит матери, которая тесно связана со своим ребенком телесными, душевными и духовными узами. Великий пример материнства Церковь видит в Пресвятой Богородице, чей образ раскрывает высочайшее достоинство женщины, уникальность ее материнского призвания.

Серьезной проблемой, с которой нередко сталкиваются семьи, является бесплодие одного или обоих супругов. Церковь сочувствует бездетным супругам, благословляя им молиться о даровании потомства, обращаться к врачам для лечения бесплодия, а также усыновлять (удочерять) детей.

Допустимым средством медицинской помощи бездетным супругам Церковь считает искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, если это не сопровождается уничтожением оплодотворенных яйцеклеток, «поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений» (ОСК XII.4).

Что же касается практики так называемого «суррогатного материнства», то она однозначно осуждается Церковью: «”Суррогатное материнство”, то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка “заказчикам”, противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе» (ОСК XII.4).

Сам термин «суррогатное материнство» указывает на искажение высокого понимания материнского долга и призвания. Соответствующая практика является унижением человеческого достоинства женщины, тело которой в данном случае рассматривается как своего рода инкубатор.

Кроме того, практика «суррогатного материнства» разрушает полноценные естественные отношения между матерью и ребенком и имеет отрицательные последствия для всех вовлеченных в эту практику сторон: для «биологической матери», предоставившей свои половые клетки, но лишенной подлинного материнства, связанного с вынашиванием и рождением этого ребенка; для «суррогатной матери», выносившей и родившей ребенка, но вынужденной с ним расстаться, как только он отделился от материнской утробы; для самого ребенка, который вместо полноценной матери либо имеет двух неполноценных матерей, либо не имеет ни одной (как в случае с одиноким мужчиной, пожелавшим иметь «биологическое потомство»); наконец, для общества, в котором утрачивается понимание семьи, предполагающее особые отношения между родителями и детьми, а также не менее важные отношения через поколение — между дедушками/бабушками и внуками.

Общественная опасность практики «суррогатного материнства» связана с радикальным изменением самого представления о природе человека. В данном случае понимание человека как уникальной личности подменяется образом человека как биологической особи, которую можно произвольно конструировать, манипулируя элементами «генетического материала». «В мире постепенно вырабатывается отношение к человеческой жизни как к продукту, который можно выбирать согласно собственным склонностям и которым можно распоряжаться наравне с материальными ценностями» (ОСК XII.4).

Использование репродуктивных технологий с целью «обеспечения детьми» бесплодных пар, одиноких мужчин или женщин постепенно превращается в доходный бизнес, предоставляющий способ заработка для доноров половых клеток и «суррогатных матерей». В результате таинство рождения человека становится предметом торгово-денежных отношений. На смену богозаповеданному супружеству, основанному на любви и верности, приходит «рынок репродуктивных услуг», готовый удовлетворить любой запрос потребителя на искусственное рождение ребенка в соответствии с заданными параметрами.

Церковь открыта для всех людей, стремящихся к спасению. Крещение является таинством вступления в Церковь и предполагает согласие принявших Крещение с ее верой и учением, а также их дальнейшее участие в церковной жизни.

Таинство Крещения совершается в Православной Церкви как над взрослыми, так и над младенцами. Взрослые допускаются к Таинству после соответствующей подготовки, то есть оглашения — наставления в христианском вероучении и христианской нравственности. В таких случаях решение о времени принятия Крещения принимается приходским священником, проводящим оглашение.

В случае крещения младенца согласие за него дают взрослые — родители и восприемники. Условием крещения младенца при этом ставится его воспитание в христианской вере и согласно нормам христианской нравственности, что предполагает регулярное участие и родителей, и ребенка, и восприемников в церковных богослужениях и Таинствах.

Что же касается вопроса о возможности крещения младенцев, рожденных «суррогатной матерью», то при ответе на него необходимо учитывать следующие факторы.

С одной стороны, любой рожденный младенец может быть крещен — по вере тех, кто намеревается его крестить. Ребенок не может отвечать за поступки своих родителей и не виноват в том, что его появление на свет связано с репродуктивной технологией, осуждаемой Церковью.

С другой стороны, ответственность за христианское воспитание младенца несут на себе родители и восприемники. Если родители не приносят явного покаяния в содеянном, а восприемники фактически выражают согласие с совершившимся греховным деянием, то о христианском воспитании речь идти не может. Отказ в крещении младенцев в подобном случае будет соответствовать православной традиции, предполагающей согласие крещаемого, а в случае крещения младенца — его родителей и восприемников с учением Церкви. Такой отказ будет иметь также и пастырское значение, так как тем самым общество получит от Церкви ясный сигнал о том, что практика «суррогатного материнства» является с христианской точки зрения неприемлемой.

Ребенок, рожденный при помощи «суррогатного материнства», может быть крещен по желанию воспитывающих его лиц, если таковыми являются либо его «биологические родители», либо «суррогатная мать», только после того, как они осознают, что с христианской точки зрения подобная репродуктивная технология является нравственно предосудительной, и принесут церковное покаяние — вне зависимости от того, осознанно или неосознанно они проигнорировали позицию Церкви. Только в этом случае Церковь сможет ожидать, что крещеный ребенок будет воспитываться в православной вере и ему будут прививать христианские нравственные представления. Если же такого осознания не происходит, то решение вопроса о крещении откладывается до времени сознательного личного выбора ребенка. В последнем случае факт «суррогатного рождения» сам по себе не является препятствием для крещения человека, ибо он не несет ответственность за поведение своих родителей.

В случае, когда в Церковь приносят младенца, рожденного «суррогатной матерью», вопрос о его крещении может быть решен в соответствии с указанием епархиального архиерея, который обязан руководствоваться в каждом конкретном случае нормами, содержащимися в настоящем документе. Совершение священником Таинства Крещения в подобном случае без благословения архиерея служит основанием для применения к этому священнику канонических прещений.

В смертельной опасности благословляется крещение младенцев вне зависимости от обстоятельств их рождения.

Изложенная позиция основана на учении Церкви о недопустимости крещения младенцев в семьях, члены которых явно и сознательно пренебрегают церковной традицией и не разделяют христианское учение о браке и семье, что практически исключает возможность христианского воспитания ребенка. Это касается не только вопроса о «суррогатном материнстве», но любого сознательно выраженного нежелания жить по-христиански.

Почему Церковь против суррогатного материнства?

25.10.11, 14:02

21 октября Съезд православных врачей призвал руководство страны запретить суррогатное материнство. Дискуссия вокруг него возникала и раньше, в связи с новым законом «Об основах охраны здоровья граждан РФ», который должен был регулировать и этот вопрос. Почему Православная Церковь выступает против суррогатного материнства? За комментарием «Нескучный сад» обратился к председателю Синодального отдела по благотворительности епископу Смоленскому и Вяземскому ПАНТЕЛЕИМОНУ.

Рисунок Петра ЗАХАРОВА

Путь разрушения

— Владыка, известно, что Церковь отрицательно относится к суррогатному материнству. Почему? Уже слышны обвинения, что Церковь, «как обычно», против достижений науки…
— Есть много новых технологий, которые Церковь поддерживает. Церковь не против, скажем, трансплантации парных органов, не против донорства крови. Церковные люди призывают к тому, чтобы переливать кровь, чтобы быть донорами, хотя этого не было раньше. Но суррогатное материнство — это совсем другое. Оно нарушает нормальные отношения между людьми.

— То есть здесь дело в том, что непонятно, чей это ребенок?
— Здесь дело в том, что люди хотят иметь ребенка, но не могут его зачать и выносить, и они хотят сделать это каким-то иным путем. Но этот путь нарушает естественный ход рождения человека, который установлен Богом. Этот путь может разрушить семью. Суррогатное материнство лишает женщину, которая вынашивает ребенка, материнских чувств. Ведь это особое время в ее жизни — в ней живет другой человек, она с этим человеком делается одним существом: одна кровь течет по их телу, она чувствует сердцебиение ребенка, ребенок воспринимает все то, чем живет мать. Не зря беременным женщинам советуют слушать музыку, смотреть на что-то красивое, не делать каких-то тяжелых грехов, потому что ребенок все это чувствует. Мы знаем замечательное место из Евангелия, когда Иоанн Предтеча, который находился во чреве святой праведной Елизаветы, взыграл, когда к нему приблизилась Дева Мария, во чреве которой был Господь. Мы знаем рассказ о преподобном Сергии Радонежском, который даже вскричал во чреве своей матери. Ребенок в чреве, несомненно, чувствует, несомненно, реагирует на какие-то внешние раздражители. А в случае суррогатного материнства все это он переживает не внутри матери, которая потом будет его воспитывать, а внутри какой-то другой женщины, которая, являясь ему матерью, впоследствии от него откажется. Вот это и бесчеловечно, аморально.

Такие технологии появляются тогда, когда люди не смиряются с Промыслом Божиим. Когда люди чувствуют себя хозяевами жизни, когда они готовы весь этот мир изменить, перекроить, переделать на свой вкус, сделать его удобным для себя — попираются очень важные законы. Мы сейчас говорим о необходимости развития экологии как науки — потому что современная цивилизация разрушает землю. Суррогатное материнство разрушает не внешний мир, оно разрушает внутренний мир женщины, разрушает установившиеся в человечестве связи между отцом и матерью, между матерью и ребенком. Оно лишает эти отношения того, что должно в них быть.

Конечно, когда человек не знает Бога, не верит в то, что мир этот создан Творцом, что есть некий благой Промысел о нем, тогда он готов идти на все. Как, знаете, говорил один трансплантолог священнику: «Когда речь идет о жизни человека, как можно говорить о нравственности?» То есть, если у женщины умирает ребенок или если она не может иметь ребенка, она готова пойти на все, чтобы это изменить. Как некоторые женщины готовы пойти на блуд, зачать ребенка с каким-то чужим мужчиной, желая иметь ребенка у себя дома как некую игрушку. Ей скучно без ребенка, и она не думает о том, что у этого ребенка не будет потом отца. Так и с суррогатным материнством — основные законы бытия попираются людьми, которые не могут смириться с Промыслом Божиим.

— Но ведь лечиться Церковь не запрещает? Почему бы тогда и с болезнью не смириться, зачем нужны врачи?

— Не всякое лечение благословляется Богом. Нельзя лечиться при помощи заговоров, нельзя лечиться у экстрасенсов, нельзя применять лекарства, сделанные из абортивного материала.

Нельзя лечиться от бесплодия, понуждая другую женщину выносить вашего ребенка и отказаться от него, повредив тем самым своей душе, разорвав естественную связь, сложившуюся в течение девяти месяцев беременности. Можно лечиться от бесплодия, усыновив ребенка чужой женщины, которая отказалась от него.

Ребенок не виноват

— Но бездетные родители говорят, что у них отбирают таким образом последнюю надежду. Может быть, усыновление для таких родителей более правильный шаг?

— Я думаю, что правильный шаг для человека на земле — искать Волю Божию о себе, а не утверждать и не устанавливать свою волю как краеугольный закон для себя и других людей, которые его окружают.

Никто не даст нам избавленья,

Ни Бог, ни царь и ни герой,

Добьемся мы освобожденья

Своею собственной рукой, —

пели люди, которые разрушили российскую государственность, люди, которые покусились уничтожить Церковь в России; и мы до сих пор пожинаем плоды этих безумных действий. И если будет развиваться эта технология суррогатного материнства, то плоды будут еще более страшными.

— А что делать, если уже родились дети в результате суррогатного материнства? Как Церковь относится к таким детям?
— Ну, бывает, что дети рождаются в результате каких-то страшных грехов, например изнасилования. Ребенок ведь в этом не виноват. Конечно же, этих детей нужно воспитывать, Церковь готова этих детей брать на воспитание, готова помогать расти таким детям.

Меньшее из зол

— Законопроект «Об основах охраны здоровья граждан» содержит много положений, с которыми Церковь не может согласиться. Одновременно Церковь подписывает соглашение о сотрудничестве с Минздравсоцразвития, которое является разработчиком законодательства.

— Сотрудничество Церкви с государственными структурами всегда было сложным, всегда было неоднозначным, всегда оценивалось разными церковными деятелями по-разному, всегда это вызывало какие-то споры. До каких пор Церковь может идти на соглашение с государством, которое не принимает тех правил, которые Церковь считает вечными, незыблемыми, установленными Богом? Где та грань, за которой всякие отношения нужно прекращать? Есть ли эта грань? Мы собирались вместе с замечательными священниками, богословами и обсуждали новый закон «Об основах охраны здоровья граждан». И мы пришли к мнению, что нынешний закон, который мы не можем принять во всех его аспектах, все-таки лучше того закона, который был прежде. С одной стороны, Церковь обвиняют в том, что она не принимает современные технологии — но это неправда, в Церкви есть люди, которые как раз новейшие технологии внедряют в жизнь. Например, в социальной работе, в науке. Очень много ученых, замечательных, умных людей, которые как раз двигают вперед науку — и во все времена так было. С другой стороны, Церковь обвиняют в том, что она идет на соглашательство с государством там, где это нельзя делать. Церковь идет на подписание этого закона, потому что это меньшее зло, чем тот закон, который был. Если бы был закон, по которому из десяти человек пять нужно убивать, и после этого принимается закон, по которому убивать будут только одного, то Церковь, я думаю, будет говорить, что надо проголосовать за него. Мы свидетельствуем, что аборт — это абсолютное зло в любом случае, но мы поддерживаем снижение показаний к аборту, поддерживаем введение ограничения абортов, поддерживаем работу с женщинами для того, чтобы они не делали аборт: это и работа психологов, визуализация плода, прослушивание сердцебиения ребенка, неделя тишины — когда аборт можно сделать не раньше чем через семь дней после обращения и у женщины есть время передумать.

Церковь готова разъяснять свою позицию по этим острым вопросам, она готова беседовать с людьми, которые думают и чувствуют, — потому что, если человек только думает, но не имеет сердца, с ним говорить бесполезно. С людьми, у которых есть сердце, которые понимают, что есть добро и зло, мы готовы вести диалог.

Юлия ДАНИЛОВА

Из Основ социальной концепции Русской Православной Церкви:
«Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоционально-духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности. «Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания.

Код для размещения ссылки на данный материал:

Как будет выглядеть ссылка:

21 октября Съезд православных врачей призвал руководство страны запретить суррогатное материнство. Дискуссия вокруг него возникала и раньше, в связи с новым законом «Об основах охраны здоровья граждан РФ», который должен был регулировать и этот вопрос. Почему Православная Церковь выступает против суррогатного материнства? За комментарием «Нескучный сад» обратился к председателю Синодального отдела по благотворительности епископу Смоленскому и Вяземскому ПАНТЕЛЕИМОНУ.

Церковь не против ЭКО, но с двумя условиями

Диакон Андрей Кураев об ЭКО, суррогатном материнстве и целостности семьи.

Отрицательное, в целом, отношение православной церкви к ЭКО известно. Допускаете ли вы, что со временем оно изменится? Как менялось на протяжении веков отношение церкви к различным вопросам социума ― от театра до науки.

Возможно, вы неверно представляете отношение церкви к ЭКО. Церковь не против ЭКО как такового. Она только предлагает учесть два ограничения. Первое ― чтобы оплодотворение происходило без участия банка спермы, то есть – только с использованием биологического материала супругов. Чтобы жизнь семьи, жизнь двух людей оставалась их личной жизнью, и дети были бы их детьми. Это вполне понятное этическое, психологическое ограничение, оно не подлежит пересмотру.

И второе ― чтобы все оплодотворенные яйцеклетки вернулись бы на место. Сейчас из-за того, что процедура очень дорогая, врачи, чтобы не рисковать, отбирают сразу несколько эмбрионов. И оплодотворяют сразу несколько. Затем они наблюдают, как у эмбрионов идет развитие, и один-два из них возвращают назад, а остальные сливают в канализацию. Вот именно это вызывает возражения церкви. Если же все яйцеклетки, которые взяты, будут возвращаться на место, никаких возражений не будет.

Чем, по большому счету, с точки зрения церкви, отличается медицинское вмешательство при разных нарушениях здоровья? Почему рак лечить – не грех, а бесплодие – грех? Ну или с ограничениями… Разве и то, и другое – не замысел божий в отношении больного?

Что именно считать вмешательством… Сейчас уже делают импланты, пересадку органов, даже искусственные органы, почему нет? Повторю, церковь не против вмешательства медицины, церковь говорит только об отношениях людей внутри семьи, о сохранении целостности семьи. Что делают люди, которые не находятся в браке, это другая история.

Бесплодной супружеской паре однозначно нужно смириться с бездетностью?

К сожалению, в мире много детей, которые для кого-то оказываются лишними. Поэтому можно посвятить свою жизнь заботе об этих детишках.

Если бы население планеты было на грани глобальной демографической катастрофы, на грани вымирания, вы бы одобрили ЭКО без соблюдения условий, о которых вы сказали? Или лучше роду человеческому исчезнуть без греха?

Демографическая ситуация в стране не имеет ни малейшего отношения к ЭКО. Увеличение рождаемости с помощью ЭКО ― это незначительный процент от общей рождаемости.

При этом я вполне приветствую, если государство будет принимать меры по снижению стоимости операции по ЭКО. По крайней мере, я бы не возражал. При условии, что будут соблюдаться ограничения, о которых я говорил. Сохранять целостность семьи ― это значимо. И значимо, чтобы ребенок был зачат в минуту высшей радости и наслаждения. Роды у женщины и так связаны с болью, так пусть хотя бы зачатие будет связано с радостью.

Вы думаете, радость женщины, которая много лет мечтала о материнстве и наконец познала его с помощью вспомогательных репродуктивных технологий, не компенсирует ей отсутствие радости во время зачатия?

Это очень тонко. Это надо наблюдать на очень большом материале и на нескольких поколениях. Все это крайне непросто психологически, и не нам, мужикам, судить. Должна измениться в целом социальная оценка ЭКО, должны уйти мифы, которые окружают эту тему, чтобы сама женщина и ее окружение не считали ее исчадием. Пока еще рано делать выводы. Несколько поколений должны пройти, чтобы можно было спокойно оценить все риски, в том числе психологические.

Чтобы ушли мифы, нужно информировать, просвещать. В целом вы за популяризацию темы ЭКО?

Было бы легко ответить, если можно было бы развести две темы ― ЭКО и суррогатное материнство. А они, к сожалению, часто идут паровозом. В случае суррогатного материнства, как и в случае со спермой донора, нарушается связь внутри семьи. А дальше подцепляется третий вагончик ― права гомосексуальных пар. А это уже путь к катастрофе.

Суррогатное материнство: почему Церковь против!

Опубликовал Кирилл в блоге «Кирилл». Просмотры: 29822

Несколько дней назад певица Лолита Милявская и протодиакон Андрей Кураев в ток-шоу Владимира Соловьева «Поединок» вступили в интересную дискуссию, касающуюся рождения дочери Киркорова от суррогатной матери.

Вот видео-версия программы:

Несмотря на то, что формат ток-шоу изначально невыразителен для церковной стороны, т.к. предполагает лишь поверхностную аргументацию (не позволяющую донести глубину, присущую Божественному Откровению), то есть соревнование в остроте фраз и эмоциональности высказываний, отец протодиакон, по результатам голосования телезрителей, вышел победителем.

Мне хотелось бы в этой статье показать, что позиция Церкви вовсе не пустое ретроградство и борьба с прогрессом, и суммировать аргументы против поверхностного восприятия любого научного открытия как априори нравственного и имеющего индульгенцию в этическом плане.
Речь будет идти об искусственном оплодотворении женщины спермой мужчины с последующей передачей родившегося ребенка этому мужчине.

Итак, какие аргументы мы имеем.

1) Богословские аргументы.

а) От имени Церкви, как известно, может выступать лишь Собор. По вопросу суррогатного материнства у нас есть соборное решение: официальный документ Русской Православной Церкви, утвержденный на юбилейном Архиерейском соборе 2000 года. Он называется Основы социальной концепции Русской Православной Церкви.

Выдержка, касающаяся нашей темы:

XII.4. Применение новых биомедицинских методов во многих случаях позволяет преодолеть недуг бесплодия. В то же время расширяющееся технологическое вмешательство в процесс зарождения человеческой жизни представляет угрозу для духовной целостности и физического здоровья личности. Под угрозой оказываются и отношения между людьми, издревле лежащие в основании общества. С развитием упомянутых технологий связано также распространение идеологии так называемых репродуктивных прав, пропагандируемой ныне на национальном и международном уровнях. Данная система взглядов предполагает приоритет половой и социальной реализации личности над заботой о будущем ребенка, о духовном и физическом здоровье общества, о его нравственной устойчивости. В мире постепенно вырабатывается отношение к человеческой жизни как к продукту, который можно выбирать согласно собственным склонностям и которым можно распоряжаться наравне с материальными ценностями.
В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными. Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие как особое жизненное призвание. Пастырские рекомендации в подобных случаях должны учитывать возможность усыновления ребенка по обоюдному согласию супругов. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.
Манипуляции же, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейсяся между матерью и младенцем уже во время беременности.
«Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью (см. ХII.2).
Оплодотворение одиноких женщин с использованием донорских половых клеток или реализация «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией, лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. Употребление репродуктивных методов вне контекста благословенной Богом семьи становится формой богоборчества, осуществляемого под прикрытием защиты автономии человека и превратно понимаемой свободы личности.

б) Часто спрашивают: “А ведь в Библии не написано, что суррогатное материнство запрещено, почему же Церковь не ориентируется в этом вопросе на Библию?”. Тут следует пояснить, что Библия не с “неба упала”, как Коран, надиктованный Мухаммаду от имени Аллаха и по вере мусульман вечно находящийся у его престола.
Истинный Бог не насиловал волю человека, Библия представляет собой результат синергии (соработничества) Бога и человека, более того, это книга, созданная в лоне Церкви, книга Церкви. Библия была создана в определённый культурно-исторический период, она содержит всё, что необходимо для спасения, обожения, святости человека во все времена и не ставит задачей детально описать все формы греха, все формы человеческой деградации.

г) Ещё распространённый тезис: “Без воли Бога ничего не происходит”. Тут уместно отметить, что воля Бога проявляется двояко: как одобрение добра и как попущение зла (не препятствование свободной воле человека совершить беззаконие или совершиться следствию человеческого беззакония). Знание о том, что “Бог есть любовь”, требует отнести любое противное Божьей воле деяние именно к попущению, а не согласию.

д) И, напоследок, цитата из вышеприведённого ток-шоу о том, что Господь заповедал”: «Плодитесь и размножайтесь!». Он не уточнил, как, каким именно образом». Это, мягко говоря, неправда. Речь шла именно о браке, более того, о браке как о Таинстве, установленном Богом. По словам протоиерея Владимира Воробьёва: “Православное учение о браке утверждает, что настоящий православный брак – есть таинство, то есть событие духовное, принадлежащее к духовной реальности, к духовному бытию”.
См. подробнее о понимании брака в Православии.

е) Наши оппоненты предлагают нам низвести женщину, райское создание, до уровня самки, инкубатора, детей, как Божьего дара, до товара, забавы для обеспеченных мужчин, а семейный союз и вовсе мешает их гедонистическому эгоизму.
Церковь же призывает оценивать человека как образ и подобие своего Создателя, как венца творения, наделённого бессмертной душой, умом, свободой выбора. Бог ценит нас больше, чем даже мы себя оцениваем. Он пошёл на боль и Крестную смерть ради нашего спасения, и наша задача ответить своей жизнью на Его любовь, пытаться возрасти до уровня, предлагаемого Церковью, а не пытаться истолковать Священное Писание в сторону попустительства греху.

2) Морально-этические аргументы.

а) Принято наш мир называть цивилизованным, но о какой цивилизации идёт речь, если нам приходится спорить по вопросу: благо ли для матери продавать собственного ребёнка за деньги или пусть даже дарить симпатичному дяде, обрекая дитя расти без материнской любви, под опекой нянек?
Вчера по каналу “Культура” была показана премьера замечательного документального фильма “Нота” о выдающемся дирижёре Рудольфе Баршае (пользуясь случаем, рекомендую посмотреть этот фильм).

Включите фильм с 1.02.20. Когда этот музыкальный классик в возрасте уже более 80 лет говорит о кончине своей матери, в его глазах стоят слёзы, и он вспоминает это как величайшую трагедию своей жизни. Заметим, что режиссёр не был одинок, он был четырежды женат, имел детей и музыку, которая поглощала буквально всю его жизнь.
Что же говорить о детях, с младенческой колыбели отторгнутых матерью и которые рано или поздно узнают, что она их продала.

б) Без сомнения, для души (если угодно, психики) ребёнка не пройдёт бесследно разлучение с матерью, но безболезненно ли пройдёт это и для неё? Ведь подписывается договор о продаже ребёнка до зачатия, а отдавать приходится того, кто был любим, кто был твоей частичкой целых девять месяцев, кто был рождён тобой, кто припал к твоей груди после родов. Сможет ли мать усыпить свою совесть или даже просто стать эмоционально безразличной к свершившемуся.

в) Распространение суррогатного материнства неминуемо будет приводить ко всё большему пренебрежению брачным союзом между мужчиной и женщиной, который установлен Богом, и приводить к распространению противоестественных форм сожительства или эгоистической формы приобретения ребёнка “для себя”.

г) Популярный штамп: рождение ребенка – это абсолютное благо. С точки зрения Божественного Откровения, это не так.
Во-первых, Абсолютным Благом является только Бог, это и одно из Его имён. См. подробнее.
Во-вторых, люди склонны делать акцент на чудесном даре рождения нового человека и в меньшей степени думать, что главная задача родителей не просто родить, а правильно воспитать дарованное им потомство. Ведь наверняка и Гитлер, и Чикатило умилительно смотрелись в колыбели, а что поучилось в итоге. Таким образом, рождение ребёнка не самоцель, значительно важнее его воспитание.
В-третьих, далеко не все младенцы становятся святыми, т.е. исполняют своё предназначение. Представление о подлинном счастье, цели и смысле жизни, которые вложил в нас Создатель, большинство людей не может даже сформулировать.

д) Что касается прогресса, то его христианское понимании отличается от светской его трактовки. Это не просто избавление от ручного труда, биологическое бессмертие и максимальный комфорт. Это не попытка построить рай на земле в обход Бога, а стремление к истинному Раю, предуготованному нам Творцом. Подробнее.

3) Социальный аспект.

Тем, кто считает, что суррогатное материнство – это очень удобно и технологично, стоит задать себе вопрос: а готова ли я стать суррогатной матерью? Думаю, что большинство предпочтёт не видеть себя в этой роли.
По словам протоиерея Димитрия Смирнова: “По сути, речь идет о технологии, позволяющей богатым эксплуатировать бедных. Трудно представить, что в суррогатные матери пойдет дочка преуспевающего бизнесмена. Нет, это удел молодых, хороших, но, быть может, не очень развитых интеллектуально девушек из деревни, из каких-то рабочих предместий и так далее. Но если у нас социальное государство – такой практики не должно быть”.

4) Всегда ли бесплодие безвинно?

Сторонники суррогатного материнства пытаются оправдать свои действия вынужденностью ситуации, так как по статистике около 15% супружеских пар бесплодны. При этом умалчивается одно обстоятельство: а сколько из женщин, неспособных к зачатию, перед этим убивало своих детей во чреве путём медицинского аборта или применения абортивных контрацептивов (спиралей, гормональных таблеток)? Не смею огульно осуждать всех бесплодных женщин, но для некоторых не является ли бесплодие следствием содеянного? При этом я не хочу всё сводить к греху и Божьему наказанию, достаточно даже того, что официальная медицина говорит о потенциальной опасности абортов.

5) Мировая практика суррогатного материнства. По этому поводу есть хорошие статьи:
Суррогатное материнство: мамы на продажу.

Что Церковь говорит о суррогатном материнстве, ЭКО и контрацептивах?

Православие и планирование семьи

Чайлдфри, суррогатное материнство и средства контрацепции — кажется, что эти понятия далеки от обсуждения Церковью. Но все совсем наоборот — у нее есть вполне конкретное мнение по этим и другим вопросам, которые касаются деторождения и планирования семьи. Подробнее об этом можно прочитать в документе «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». А мы коротко разбираем в «Слайдах».

Что такое планирование семьи?

Иными словами — это контроль рождаемости со стороны семьи из мужчины и женщины, которые хотят (или наоборот, пока не хотят) иметь детей. При этом полный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений (так называемые чайлдфри) с точки зрения Церкви — грех, который обесценивает брак.

Смысл семьи в детях?

Это один из важнейших смыслов, но не единственный. Во время таинства Венчания вместе с «плодом чрева на пользу» священник и супруги просят о дарах взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Важно понимать, что супруги несут ответственность перед Богом за полноценное воспитание детей, которое сопряжено с психологической и материальной стороной процесса.

Аборт недопустим ни при каких обстоятельствах?

Церковь считает аборт тяжким грехом и недопустимым поведением для человека. Ответственность за грех убийства нерожденного ребенка вместе с матерью несет и отец, если он был согласен с таким решением. Но в случаях, когда есть прямая угроза жизни матери при продолжении беременности, особенно при наличии у нее других детей, Церковь говорит о необходимости снисхождения: решение может быть принято в пользу жизни матери.

Контрацептивы — грех?

Смотря какие. Церковь допускает использование неабортивных противозачаточных средств. Использование контрацептивов, которые на разных стадиях прерывают жизнь эмбриона, Церковь приравнивает к аборту.

Так можно же просто воздерживаться?

Кому-то просто, кому-то нет. Действительно, Церковь считает воздержание идеальным способом регулирования рождаемости, но не единственным. Апостол Павел говорит по этому поводу так: Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим (1 Кор 7:5). Важно: на время и по согласию.

Как быть тем, у кого не получается родить детей?

Попытаться понять вместе с врачами, в чем причина и можно ли исправить ситуацию с помощью медицины. «Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие как особое жизненное призвание», — из «Основ социальной концепции Русской Православной Церкви».

Без вариантов?

Можно усыновить ребенка по обоюдному согласию супругов. Еще вариант — искусственное оплодотворение (ЭКО). Но только при соблюдении трех условий.

Первое: оплодотворение должно быть совершено только половыми клетками мужа (а не донора), так как «оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений». Второе: эмбрион должен быть один или столько, сколько мать может выносить. Недопустимы все разновидности ЭКО, «предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение “избыточных” эмбрионов». И третье: категорически неприемлемо суррогатное материнство, даже в тех случаях, когда оно осуществляется на некоммерческой основе.

Почему Церковь против суррогатного материнства?

Потому что Церковь призывает думать о том, какие последствия это будет иметь для ребенка и суррогатной матери. Природой заложено возникновение материнских чувств у женщины, которая вынашивает ребенка. В данном случае они попираются. Кроме того – и сам ребенок впоследствии может испытывать кризис самосознания. В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» говорится: “Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности”.

17 добрых традиций из прошлого

Психолог Григорий Павловский: Семья – не казарма

Брак без взаимности: что делать, если не чувствуешь любви?

Почему я больше не пишу про многодетность

Комментарии

А с этим всем я полностью согласна, но я не согласна с подозрительностью и наветами, на которые не скупяться члены нашей Церкви. Лезть не в свою семью, обижать человека и издеваться над соседом, ничего не зная о нем, и не имея права никакого лезть – вот что я видела. Простить я это уже не могу, извините. Есть предел всему.

Вот про чайлдфри непонятно, я была другого мнения о данном термине. Свободными от детей можно быть не из эгоизма, а из понимания, что от тебя детям только вред. Я вот родила двоих детей и плохо всем: мне, мужу, детям тоже прилетает. И морально, и физически плохо. Честно, лучше б я была чайлдфри, чем они так мучаются. Посещают такие меня мысли в последнее время, поэтому немного обидно за слово «эгоистичный». Мне стыдно за себя, что я не справляюсь с детьми – где тут эгоизм избегать зла?

Ольга, есть случаи, когда вариантов нет и прерывание беременности необходимо. Например, внематочная и замершая беременность.

Аборт допустим, когда есть “прямая угроза жизни матери”? Вы в самом деле так считаете? Если есть угроза жизни матери – давайте убьем ребенка? Только сумасшедший может так думать или законченный эгоист.
Вот где лазейка для людей, не желающих детей! Вам в женской консультации таких страхов нарассказывают врачи, что можно можно принять ложь за истину: “прямая угроза жизни матери”!
Ребенок в утробе матери – уже человек, живой, с Богом данной душой. И давайте его убьем по каким-то там показаниям?
Давайте представим, что человек родился. Вот он уже перед вами, с ручками и ножками. И вдруг говорят: “прямая угроза жизни матери”! Но, если убить вот этого маленького человека, то, говорят, что “прямая угроза жизни матери” минует. Ну вот такой пример. Какая мать согласится убить этого живого ребенка, чтобы избежать “прямой угрозы своей жизни”? Никакая! Так почему же родившегося ребенка убивать нельзя, а еще не родившегося можно? Ни почему! Аборт – убийство в любом случае. Оставаться жить за счет жизни другого – преступление.

Владимир, я прикасаясь к огромному пласту христианского учения сделал единственный вывод: самый страшный враг христианства это МНЕНИЯ. И ещё более страшно, когда мнение выдается за постулат.
Задавая разные вопросы верующим я увидел сотню разных христианств и православий в их лице.
А между тем, христианство это не набор бабушкиных суеверий. Оно основано на документах. Это Писания, различные своды и каноны принятые на Соборах.
Все противоречия от недочитанности от лености заглянуть в первоисточники.
К сожалению “грешат” этим и “авторитетные священники” – что ж, все мы люди- человеки… Можем что то Мнить…
А между тем, Новозаветный Бог самый открытый для человека, самый близкий к нему и любящий. “…ибо не желает Он, чтобы кто погиб…”
Досадно, когда тебя поучают формалисты и набравшиеся вершков. Такие только отпугивают.
Пытаясь понять заповеди я увидел в них большую логику: Божий замысел. Это не “самодурство бати вреднюки- делай так а то накажу”.
Они наполнены любовью, говорят о любви и построены очень бережно и мудро, ведя нас к познанию Его. И говорят прежде о внутренней работе души, чем о внешней.
Всё что по любви Божией имеет смысл, всё что убивает душу творящего- не по любви Божией, грех.
Как тут сказать, что конкретно можно, а что нельзя?
-самоубийство- грех, а если кто положит душу за други своя- это уже подвиг.
Кто хочет познать сакральный смысл- все дороги открыты.
В Новом завете Иисус просто издевается над фарисеями: исцеляет по Субботам направо и налево, позволяет проституткам (простите, блудницам) мыть свои ноги, щупает прокаженных, творит недопустимое с точки зрения религоведов; делает всё, чтобы мы поняли, что Бог есть Любовь. Апостолы так и пишут- “…буква убивает а Дух животворит”.
С уважением.

Лучше спросите у автора слайдов – на каком основании он не оворит от имени Церкви. То, что он написал клевета и соблазн. Церковь не допускает использование контрацептивов

Анастасия, в данном материале мы просто пересказали кратко официальный церковный документ – “Основы социальной концепции Русской Православной Церкви”. В этом документе зафиксирована официальная церковная позиция по самым разным вопросам, и в том числе по вопросу контрацепции.

В Православной Церкви часто встречаются мнения, что любая контрацепция – грех, что это грех Онана, наконец что деторождение – единственная цель супружеской близости. Зачем авторитетные священники и богословы так говорят и пишут?

Отношение православной церкви к суррогатному материнству

Среди бездетных супружеских пар есть немало верующих людей, для которых особое значение имеет позиция Русской Православной Церкви. Ее отношение к ВРТ, в том числе и к суррогатному материнству, сформулировано в Основах социальной концепции РПЦ – документе, который был принят в 2000 году Архиерейским Собором.

Так, в документе говорится о том, что использование современных медицинских технологий действительно помогает многим супружеским парам решить проблему бесплодия. Но с другой стороны вмешательство медиков в процесс появления новой жизни может негативно отразиться на духовности и физическом состоянии человека. По мере того, как развиваются репродуктивные технологии, происходит формирование и распространение новой идеологии – идеологии репродуктивных прав. Сегодня она активно популяризируется и на национальном, и на международном уровне. Согласно этой концепции реализация личности (половая и социальная) имеет приоритет над духовной целостностью, моральной устойчивостью, заботой о будущем собственных детей. Современное общество начинает расценивать жизнь как продукт, который выбирают по собственному желанию и которым распоряжаются как материальной вещью.

Молитвы чина венчания Церкви полны веры в то, что рождение детей – это желанный плод супружеской жизни, но все не сводится только лишь к этой цели. Кроме «плода чрева» для мужа и жены выспрашиваются и другие блага: целомудрие, единомыслие, любовь взаимная и непреходящая. Вот почему далеко не все способы, способствующие деторождению, оправдываются церковью. Ее позиция такова: если у супружеской пары нет детей, а терапевтическое и хирургическое лечение не помогло зачатию, с бесчадием нужно смириться и считать его своим особым призванием в этой жизни. По желанию обоих супругов в этом случае возможно усыновление неродного ребенка.

С точки зрения церкви приемлемы лишь те медицинские методы, которые предполагают оплодотворение с участием клеток мужа и жены. В таком случае целостность супружеского союза не нарушается, т.е. принципиального отличия от естественного зачатия не существует. А вот использование донорских половых клеток православной церковью осуждается. Ведь в этом случае происходит вмешательство в супружеские отношения третьей стороны, от чего страдает целостность брачного союза. К тому же распространение таких технологий изменяет отношение общества к отцовству и материнству. Люди становятся более безответственными в этом смысле, ведь анонимные доноры полностью освобождены от обязательств по отношению к своим родным детям. Применение донорских клеток в медицинских репродуктивных технологиях подрывает целостность понятия семьи, поскольку ребенок имеет не только социальных, но и биологических родителей.

Вынашивание плода других родителей (суррогатное материнство) с точки зрения церкви недопустимо, даже если помощь оказана безвозмездно. Женщине приходиться отдавать рожденного ею младенца заказчикам, что является противоестественным и аморальным. Уже в период беременности между женщиной и ее ребенком возникает очень сильная духовная связь, которую после рождения малыша грубо разрывают. В результате глубоко травмируется и ребенок, и выносившая его женщина. Происходит жестокое попрание прекрасного чувства – материнской любви, а ребенку в будущем грозит серьезный личностный кризис.

Кроме того, Православная Церковь осуждает все методы ЭКО, при которых заготавливаются и впоследствии уничтожаются лишние эмбрионы. Это является категорически недопустимым, ведь в православии эмбрионы наделаются человеческим достоинством, что делает невозможным аборты.

С точки зрения церкви недопустимо оплодотворение донорской спермой одиноких женщин, мечтающих о ребенке. Также это касается неженатых мужчин и лиц, имеющих гомосексуальную ориентацию. Реализация «репродуктивных прав» этих людей лишает ребенка традиционной семьи, в которой есть и отец, и мать. Использование методов репродукции вне такой семьи рассматривается церковью как одна из форм богоборчества, которое осуществляется под предлогом защиты свободы личности.

Почему Церковь против суррогатного материнства

Подводя итоги, отметим, что во многом биоэтические аспекты ЭКО соотносятся с границами, проведенными Русской Православной Церковью. Существует лишь три момента, которые в православии категорически неприемлемы, а именно:

– Заготовка лишних эмбрионов, которые впоследствии приходиться уничтожать.

– Использование половых клеток доноров (присутствие третьей стороны в брачном союзе).

Существуют методы ЭКО, которые можно реализовать, не прибегая к подобным манипуляциям. Поэтому с точки зрения православия допустимым является такой подход к искусственному оплодотворению:

– Для зачатия применяются только клетки супружеской пары. Участие донора, выбор внешних данных или других характеристик ребенка запрещены.

– Создается не более трех эмбрионов, все созданные эмбрионы должны быть имплантированы.

– Не допускается консервация эмбрионов или их уничтожение.

– Вынашивать плод может только родная мать.

– Что касается криоконсервации половых клеток, то эта процедура с точки зрения церкви считается допустимой.

Самым весомым аргументом против экстракорпорального оплодотворения можно считать статистику заболеваний у таких детей. Современная биоэтика основана на принципе о недопустимости экспериментов над человеком без его добровольного согласия. Но при ЭКО получить согласие невозможно, ведь жизнь зарождается после процедуры. Дает ли мечта о родительском счастье право подвергать опасности здоровье человека и саму его жизнь?
Также нужно отметить, что много возражений вызывает и тот метод, при помощи которого получают половые клетки отца.

Однако из основ социальной концепции РПЦ следует, что однозначного запрета на ЭКО нет. Современная медицина будет продолжать развитие репродуктивных технологий, и проблема соблюдения фундаментальных принципов биоэтики остается очень актуальной. В этом смысле стоит особо отметить подход к экстракорпоральному оплодотворению в Италии. В этой стране имеет место совпадение позиции церкви, законодательного регулирования и основных биоэтических принципов. Здесь ЭКО возможно только при условии использования родительских половых клеток без дискриминации полученных эмбрионов (все они должны быть имплантированы).

Крещение детей от суррогатных матерей

Священный синод Русской православной церкви на основании документа «О крещении младенцев, родившихся при помощи суррогатной матери» разрешил крестить детей рожденных при помощи суррогатных матерей в двух случаях: 1) если биологические родители покаются и осудят содеянное; 2) по достижению ребенком совершеннолетия.
Запишитесь на приём к врачу в вашем городе

Читайте также:  Слово "Аминь" в православии: определение и значение, история и происхождение, особенности употребления
Ссылка на основную публикацию